Ксения Соколянская, продюсер Russia.ru:

Доброго времени суток, уважаемые зрители Russia.ru. Меня зовут Ксения Соколянская, сегодня четверг, а это значит, что вы смотрите программу «Звездное интервью». И сегодня гостем нашей студии, наших знаменитый красных диванов, стал Петр Налич. Здравствуй, Петя.

Петр Налич, музыкант:

Привет, Ксюша.

Ксения Соколянская:

Спасибо большое, что пришел.

Петр Налич:

А, пожалуйста.

Ксения Соколянская:

Спасибо. По телевизионной традиции мы всегда стараемся каждого нашего гостя каким-то образом презентовать, представить. Скажи, пожалуйста, как лучше сделать это в твоем случае? Бывший архитектор, лидер собственного музыкального коллектива, оперный тенор? Как? Как правильней всего?

Петр Налич:

Не знаю.

Ксения Соколянская:

Самостоятельная самоидентификация твоя какова?

Петр Налич:

Сын собственных родителей, женат, образован.

Ксения Соколянская:

Без вредных  привычек?

Петр Налич:

Без вредных привычек. Стараюсь хоть чуть-чуть заниматься спортом. Занимаюсь музыкой, рисую обложки, плакаты, афиши рисую. Недорого, хочется добавить. Вот, наверное, так, в общих чертах.

Ксения Соколянская:

Спасибо, Петр, за ваше прекрасное интервью. Всего  доброго, зрители канала Russia.ru. Мы узнали все, что хотели сейчас. Поскольку мы Интернет-канал, а твоя блистательная история очень тесно связана с Интернетом, я думаю, что все наши зрители знают ее прекрасно, и мы не будем в сотый раз все это обсуждать, перетирать. Поэтому скажи, для себя, в какой момент ты определил, что из забавы (шутки) получается что-то серьезное? И стал ли ты это рассматривать сейчас, как серьезное, в настоящий момент, или это так и остается приятным хобби, времяпрепровождением?

Петр Налич:

Хобби это перестало быть тогда, когда  это стало приносить деньги, когда это стало именно профессией, в классическом понимании. Когда я понял, что это, что-то такое, чем надо серьезно заняться и над чем много работать – это, когда нас, после пресловутого успеха клипа Gitar…

Ксения Соколянская:

Да. Давай у нас «гитара» будет словом, которое  нельзя называть, как в «Гарри Поттере».

Петр  Налич:

Да. После того тяжелого случая, когда нас  позвали на концерт, и первый концерт  в «АПШУ» у нас был. Я очень  волновался. Мы быстро попросили там  из друзей, кто может как-то подыграть, подстучать, подпеть. И, в общем, через  весь этот страшный мандраж, через это непростое выступление, через ажиотаж, который был там, через много довольных и много недовольных отзывов, как-то сложилась картина, что надо этим очень серьезно заниматься, чтобы все это было хорошо. Что это все надо тренировать, это надо репетировать, это надо работать над собой, над техникой и прочее.

Ксения Соколянская:

Слушай, а вот эти недовольные отзывы после первого концерта – все  сводилось к качеству исполнения? Чем люди были недовольны?

Петр Налич:

Я вот помню парочку таких самых  жестких отзывов, что, просто, вот с первых аккордов - фигня все. Ну, собственно, плохо – вот такой вот отзыв. Не понравилось.

Ксения Соколянская:

И после этого возникла уже мысль, что  надо собрать собственную профессиональную команду?

Петр Налич:

Ну, не то, чтобы она возникла из-за того, что было несколько отрицательных отзывов.

Ксения Соколянская:

Несколько или 50/50 все разделилось?

Петр Налич:

Нет, не 50/50, конечно. Большинству нормальных человек, если ему не понравится, он не будет кричать, естественно. Хотя, на самом деле, очень немногие собственно услышали этот концерт, потому что очень маленькое помещение. Поэтому, я думаю, что те, кто туда попали, были рады уже тому, что туда попали, и не важно, что там происходило. Просто было понятно, насколько все сыро и насколько все это делать, чтобы не стыдно потом было показывать людям. И поэтому мы стали работать, репетировать. У нас, в общем, много было работы, примерно, с тех пор.

Ксения Соколянская:

Петя, а сейчас на концертах есть мандраж, настрой?

Петр Налич:

Мандраж есть, все равно. Его стало чуть меньше, потому что перед первым концертом у меня с утра был тик, у меня палец дергался на руке, т.е. такого у меня больше не было. Но, все равно, сильный мандраж есть, очень волнуюсь – это зевота характерная появляется. Чуть меньше стало, чуть увереннее, потому что, когда ансамбль уже играет очень крепко и хорошо, и ты понимаешь, что тебе не обязательно сейчас все тянуть на себе, не обязательно рвать глотку и изображать из себя что-то фантастическое, когда ты можешь просто постоять рядышком, а там уже так круто играется, что людям это нравится. Т.е. есть ощущение поддержки, которое, конечно, сильно помогает в такой стрессовой ситуации. Я очень люблю проводить открытые концерты, потому что люди приходят с детьми, и вообще, атмосфера очень приятная, как-то мне близка.

Ксения Соколянская:

Т.е. типа пикника, что-то.

Петр Налич:

Примерно. Вот мы в Эрмитаже устраивали такой  вот концерт в начале осени. И  два "Зеленых театра" у нас было в Москве. Вот я думаю, что в этом июне мы тоже, наверное, сделаем "Зеленый театр".

Ксения Соколянская:

Расскажи  про первый "Зеленый театр", потому что это вообще всегда все музыкальные  критики: «Вот посмотрим, замахнулись  на "Зеленый театр", что там будет».

Петр Налич:

До "Зеленого театра" нас так крепко поругали, а после "Зеленого театра" была пара отзывов, что вот все-таки, что-то они там делают. Это было приятно услышать, в общем, от людей, которые не были расположены говорить что-то хорошее. Они очень редко, по-моему, расположены говорить что-то хорошее.

Ксения Соколянская:

У них  профессия такая.

Петр Налич:

Да, тяжелая, вредная.

Ксения Соколянская:

Почти в самом начале во многих интервью, когда говорили: «Петя, а вот вы не боитесь, что сейчас вас растащат по корпоративам, и у вас начнется такой график, будете по регионам ездить?»…

Петр Налич:

Чего ж тут бояться?

Ксения Соколянская:

Вот Петя сказал, что нет, я вот хочу, чтобы  у меня в жизни места хватало  и тому, и этому. И вот сейчас, спустя это время, осталось место  для всего, чего ты хотел?

Петр Налич:

Да, да, да. Многие, может быть, из нашего коллектива хотели бы, чтобы было побольше корпоративов. Да и сам я, достаточно жадный человек. И, конечно, когда я понимаю, что сейчас можно еще деньжат срубить, думаешь, а ладно, сделаем это сейчас. В общем, чего там говорить, загораются глаза. Но мы стараемся держать себя в руках. Собственно, в чем это выражается? Ни в чем это не выражается. Когда предлагают, и мы все свободны, то рады сыграть.

Ксения Соколянская:

С удовольствием.

Петр Налич:

Да, концерт небольшой. И питаемся мы все в основном только концертами, потому что диски приносят прибыль, но небольшую. Наша знаменитая история, на данный момент, принесла совсем немного, где-то меньше 50 тысяч рублей.

Ксения Соколянская:

Но у вас есть в команде какой-то человек, который заведует бизнес-отделением или вы одновременно и творческие, и с предпринимательской жилкой?

Петр Налич:

Я.

Ксения Соколянская:

Ты?

Петр Налич:

Нет, у нас все, в общем-то, достаточно смекалистые  ребята.

Ксения Соколянская:

Своего не упустите.

Петр Налич:

Да. Но и, в общем, мы лопухи все в большой степени.

Ксения Соколянская:

Мне кажется, это вас и делает такими симпатичными, если честно.

Петр Налич:

Ну, и будем так и продолжать.

Ксения Соколянская:

Петь, ты сказал, что жадный. Есть у вас  на сайте волшебная кнопочка «Дать денег». Расскажи, пожалуйста, на что собираете, и на что дают?

Петр Налич:

На что вы рассчитываете, да?

Ксения Соколянская:

Нет, вообще работает?

Петр Налич:

Ну, работает достаточно кисло. Т.е. кладут много  людей, но по чуть-чуть совсем. Кто-то чуть побольше, кто-то чуть поменьше. Но это не сравнить с другими группами-патриархами, у них там миллионы. Может быть это связано с системой оплаты, потому что это трудно. Я пытался сам заплатить через Яндекс-деньги – я не смог. Я понимаю, что надо сесть, разобраться, прочесть…

Ксения Соколянская:

Мануал.

Петр Налич:

Да, мануал. Но я вот не могу. И мне кажется, очень много сейчас людей, которые в принципе Интернетом пользуются, и им не жалко заплатить 500 рублей, просто так.

Ксения Соколянская:

Подарить.

Петр Налич:

Да, подарить. Но, просто, это очень трудно сделать, мне кажется, на данный момент. Это, просто, не в привычке, поэтому это не работает. Т.е. я это никак не могу связать с тем, что нас не любят.

Ксения Соколянская:

Согласна. Петь, по поводу того, что всегда можно ваши песни скачать у вас же на сайте бесплатно. Это какая-то дань благодарности Интернет-взрыву, который вас сделал известными, или это в расчете на что? Почему вы так делаете?

Петр Налич:

Нет, я не могу быть благодарным Интернету. Т.е. я благодарен конкретным моим друзьям, которые куда-то запостили. Благодарен нескольким людям, которым понравилась эта песня, и они кому-то еще ее запостили. Т.е. приятно, что вот людям понравилось, и они ее разрекламировали. Конечно, спасибо им большое за это. Но это никак не связано с этим. Просто мне кажется, что выкладывание музыки бесплатно в Интернет, в формате mp3, мне кажется, это должно стать какой-то нормой. Потому что, когда продаются mp3 за какие-то центы и небольшие доллары – это все выглядит как-то мелочно и не очень красиво. А важно то, что это, все равно, можно бесплатно все скачать, если чуть-чуть напрячься.

Ксения Соколянская:

Пять минут больше потратить.

Петр Налич:

Да, и  поэтому все эти запороливания  – все это муть какая-то.

Ксения Соколянская:

Слушай, а тебя не зовут, в этом случае, на безумно популярные в последнее  время дискуссии об авторском  праве, вот "мы против пиратства"?

Петр Налич:

Пару раз у меня брали интервью именно на эту тему, когда вот там закрыли какой-то портал, торрент.

Ксения Соколянская:

Да, The Pirate Bay закрыли.

Петр Налич:

Да. Вот,  что вы об этом скажете? Что я могу сказать? Закрыли.

Ксения Соколянская:

Но еще 4 открылось в этот же день.

Петр Налич:

Да, закрыли  – открыли, что тут скажешь. Жизнь так идет.

Ксения Соколянская:

Как ты считаешь, в результате перешли вы вот этот ярлык «группа одного хита» или для кого-то, все равно,  вечный Петр Налич?.. И то, что нельзя называть, друзья мои.

Петр Налич:

Я не знаю, я же каждого человека не могу спросить. Я думаю, что всегда останутся какие-то люди, которые слышали только эту песню из нашего репертуара. И я не вижу в этом ничего страшного. Это совершенно нормально. Мне важно, чтобы у нашей группы был рост, чтобы у нас была публика, чтобы люди ходили на концерты. И пока это так, поэтому никаких комплексов нет. Если, конечно, люди перестанут ходить на мои концерты, то там целый вал комплексов сразу возникнет и всяких заморочек.

Ксения Соколянская:

Но ты ревностно следишь за своим развитием  и развитием своих коллег в музыкальном коллективе?

Петр Налич:

Да. Мы этим очень тщательно занимаемся. И очень друг другу вообще не даем спуску, не даем расслабиться. И я думаю, во многом с этим связано то, что люди по-прежнему ходят на мои концерты.

Ксения Соколянская:

Ты поступил, в конце концов, в консерваторию?

Петр Налич:

Нет, не поступил я в консерваторию.

Ксения Соколянская:

Что ж такое?

Петр Налич:

Да непонятно,  что.

Ксения Соколянская:

Опять следующая попытка будет?

Петр Налич:

Да, наверное. Я это уже, просто, называю ежегодным развлечением – экзамены в консерваторию.

Ксения Соколянская:

Уже узнают Петра Налича? Петр, здравствуйте, вы опять к нам?

Петр Налич:

Да, уже можно даже анкету не писать, наверное.

Ксения Соколянская:

Мы вас помним. Как проходит стандартный день Петра Налича сегодня в наступившем 2010 году?

Петр  Налич:

Сегодня не совсем был стандартный день, потому что я не ездил на занятия. У нас обычно 5-6 раз в неделю занятия в моей оперной студии. Сейчас еще тоже у нас запись альбома  идет, поэтому у нас нет репетиций нашего ансамбля. Т.е. последние две недели мы очень много времени проводили на студии. А так обычно – это тренировка в оперной студии, потом 1-2 раза в неделю ансамблевая тренировка, раз в неделю футбол. А все остальное время, просто, чем-нибудь занимаюсь, всякими вещами.

Ксения  Соколянская:

Приятными для себя?

Петр  Налич:

Да, своими заморочками.

Ксения  Соколянская:

Петя, семья  важное место занимает в твоей  жизни?

Петр  Налич:

Нет…

Ксения  Соколянская:

Нет, ненавижу своих родственников!

Петр  Налич:

Конечно, важное. Как же по-другому может  быть? Мне вообще очень повезло  с родителями, которые всегда поддерживали. Никогда у них не было такого: «Давай ты определись и занимайся вот этим». Всегда поддерживали мои разносторонние и многогранные таланты. И вот такой живой пример для меня всегда, когда был какой-то Новый год, мне было 14 лет, я окончил музыкальную школу, и мне захотелось еще играть на гитаре. Еще я очень увлекался конструкторами "Лего", "Лего Техникс" – там шестеренки, пневматика и все такое.

Ксения  Соколянская:

Посложнее, не обычный "Лего".

Петр  Налич:

Да, это  не просто детский, а с инженерным уклоном. Я очень это любил. И  родители говорят: «Ну, давай выбирай, либо гитара, либо "Лего"». «Ну, не знаю. Ну, давайте "Лего"». А родители мне подарили и то, и другое, чем и определили мое многогранное развитие в будущем. И так было во всем, в общем, всегда меня поддерживали. И если я хотел заниматься чем-то, они всегда говорили: «Ну, давай, этим тоже позанимайся».

Ксения  Соколянская:

Ты очень доволен тем, как тебя воспитали родители, благодарен?

Петр  Налич:

Да.

Ксения  Соколянская:

Нет страха, что ты, как родитель, не сможешь  такие же роскошные условия и  возможности дать своему ребенку  и где-то облажаешься, не дай бог?

Петр  Налич:

Возможно. Но, как страх? Это, просто, очевидно, что я где-то облажаюсь, потому что это невозможно, где-то не облажаться. А потом еще иногда мне кажется, что нормально, пускай занимается, чем хочет. А иногда, наоборот, включаешь такого «строгого папу»: "вот давай, вот это делай". И думаешь: "что ты насел на ребенка"? В общем, ничего путного по поводу воспитания не могу сказать, кроме того, что надо любить своих детей и не бить их.

Ксения  Соколянская:

Петь, по поводу твоей оперной карьеры  я тоже хотела спросить. Расскажи просто, как ты вышел на сцену в качестве оперного тенора, ты партию "Тучи" пел?

Петр  Налич:

Да, я  пел партию "Тучи" из оперы «Псковитянка»  Николая Андреевича Римского-Корсакова. Чего говорить? Конечно, опять же жуткий мандраж, опять дерешь глотку, как неопытный певец. Кажется, что звука недостаточно, надо проораться. И, в итоге, страдает все: и качество звука, и музыкальная составляющая. В общем, чего вас грузить своими проблемами. Непросто бывает – вот в двух словах – бывает непросто. Но мы это любим. Занимайтесь музыкой, друзья.

Ксения  Соколянская:

Петь, в  чем еще хочется себя попробовать  в ближайшее время? Т.е. есть еще  какие-то неудовлетворенные амбиции?

Петр  Налич:

Конечно, керлинг. Я очень люблю в футбол играть, но понятно, что никаких амбиций  у меня нет, естественно, по этому поводу, упаси бог. И мне всегда хотелось еще кататься на лошадях. Поле, и ты галопом скачешь, шашка, рюмка. Вот какие-то такие основополагающие казаческие принципы мне как-то тоже близки.

Ксения  Соколянская:

Может быть, еще какие-то оригинальные желания?

Петр  Налич:

Может быть. А также парусный спорт меня привлекает. Что меня еще привлекает?..

Ксения  Соколянская:

Рыбалка, нет? На определенные виды осетровых.

Петр  Налич:

Рыбалка, нет совершенно. Мне жалко осетровых, хотя это так вкусно, конечно. Ничего вкуснее осетрины нет. Рыбалка совершенно не по мне. Я не умею рыбачить. Нет терпения, совершенно правильного какого-то состояния, которое позволяет поймать рыбу у нас. В общем, нет, с рыбалкой у нас нелады.

Ксения  Соколянская:

Петь, и  во многих интервью читала, что в отношении музыки абсолютно всеядны, с разными предпочтениями. Как это формировалось? Какую музыку родители дома слушали? Потому что очень часто бывает, что это закладывается, все равно, с каких-то родительских застолий.

Петр  Налич:

Да, конечно. Я не могу сказать, что у нас  дома все время что-то слушали. Брат у меня слушал такую достаточно мрачную прогрессивную музыку 90-х годов. Но я в эту музыку так и не въехал. Я как-то всегда слушал Адриано Челентано, у меня были пластинки "Биттлз", "Abba", "Boney M", Элвис Пресли. Т.е. это то, что я в детстве сам слушал. Также были пластинки замечательные «Али-баба и 40 разбойников».

Ксения  Соколянская:

Сказки. У меня тоже была.

Петр  Налич:

Гениальная,  совершенно, вещь от начала и до конца.

Ксения  Соколянская:

А «Голубой щенок», нет?

Петр  Налич:

Такого  у меня не было. У меня была еще  «Алиса в стране чудес», где песня  Высоцкого гениальная.

Ксения  Соколянская:

Да, у  меня тоже была.

Петр  Налич:

Что еще  было? Понятно, что потом классическую музыку стал немножко слушать. Т.е. когда я учился в музыкальной школе, я ей совершенно не интересовался, потому что был совсем маленький. Да, я не могу сказать, что это плохо. Но вот так пораньше закончили музыкалку.

Ксения  Соколянская:

На самом  деле остается спросить только то, чего хочется от 2010 года? Потому что мы с тобой, все равно, встретились в начале года. Это такой дежурный вопрос на прощание.

Петр  Налич:

Хочется, чтобы разрешились мои проблемы многочисленные.

Ксения  Соколянская:

Многочисленные, мне очень плохо живется. Я хочу, чтобы они все разрешились.

Петр  Налич:

Хочется, конечно же, технического роста. Хочется  развития. Хочется, чтобы при этом были какие-то моменты, когда кажется, что все очень круто получается. Потому что без этого, совсем все  не вдохновляет. Хочется много такой вот замечательной радости.

Ксения  Соколянская:

Как, например, та, которую Петр получил, сидя в  нашей студии на этом интервью.

Петр  Налич:

Да. Например, такой.

Ксения  Соколянская:

Спасибо тебе большое, что пришел.

Петр  Налич:

Не за что.

Ксения  Соколянская:

Мне понравилось. Надеюсь, я не задала ни одного совсем глупого вопроса. Друзья, «Звездное  интервью», Russia.ru. Увидимся на следующей  неделе. Пока!