Алёна Водонаева: Здравствуйте, дорогие зрители Канала Russia.ru! С Вами снова я, Алена Водонаева, и мы продолжаем цикл звездных интервью с самими интересными мужчинами нашей страны. И сегодня у меня в гостях Азамат Цебоев, главный редактор журнала Menu Magazine.

Здравствуйте, Азамат!

Азамат Цeбоев: Здравствуйте!

Алёна Водонаева: Очень рада Вас видеть. Сегодня все утро смотрела и Ваш ЖЖ, и Ваше прошлое интервью, которое Вы давали нашему каналу. Но хотелось бы начать не с профессинальной деятельности, а все-таки я нашла такой факт, что Вы жили долгое время в Штатах.

Азамат Цeбоев: Относительно долгое.

Алёна Водонаева: На сколько?

Азамат Цeбоев: С перерывами 2 с чем-то года, но это было время начала 90-х, тогда все только у нас начиналось. А Америка была для меня таким недоступным царством, в которое я попал и решил его изучить как следует.

Алёна Водонаева: А вот за то недолгое время, пока ты жил в Америке, что было самым удивительным и что очень сильно разочаровало?

Азамат Цeбоев: Самым удивительным было то, что когда происходила встреча Буша и Горбачева, то наши друзья-американцы предложили сделать концерт возле Белого дома и самое удобное время, когда встреча Буша и Горбачева там будет происходить. И возле Белого дома есть такой Lafayette Park. Это общественное место, т.е. никто не имеет права тебе запретить, если ты соблюдаешь все законы, самовыражаться. Вот они подали заявку, получили разрешение, построили сцену и мы там играли. Мы смотрели, как мимо нас проходили Буш и Горбачев с такой большой свитой.

Алёна Водонаева: Обалдеть! Интересно.

Азамат Цeбоев: Вот это забавно, да.

Алёна Водонаева: Более года назад в интервью для нашего канала ты сказал, что гламур – это такая блестящая оболочка, пустая, которую нужно более или менее наполнять. Что у нас сейчас происходит? Что-то наполнилось за тот отрезок времени?

Азамат Цeбоев: Тогда я имел ввиду, что гламур – это форма. Тот гламур, о котором я говорил, это не тот гламур, который сейчас по центральным каналам всячески показывают. А та оболочка, к которой обратились люди, добившиеся финансового успеха,  независимости. Это та форма, которая была им необходима, её воспринять, понять её, ею овладеть, чтобы на равных общаться со всеми остальными в мире. Потом это была такая форма, которая была необходима для того, чтобы делить визуально людей, добившихся чего-то, от людей чего-то недобившихся. И это очень важно, как стимул для успеха. Т.е. человек должен видеть перед глазами, в чем выражается смысл успеха.

Но это не может продолжаться вечно. Вот, что я имел ввиду, что невозможно думать только об абгрейде собственной тачки или улучшении жилищных условий. Наступает момент, когда человеку нужно подумать о душе. В принципе, т.к. мы взрослели вместе с тем поколением, которое начинало зарабатывать деньги, многие эти вещи я ощущаю и на себе. Гламур – сейчас это не больше, чем  маркетинговый ход.

Алёна Водонаева: Скажи мне, что такое гламур? У меня недавно спросили. Мы ехали с друзьями и они люди, которые совершенно не разбираются в гламуре, так сказать, они занимаются бизнесом. Они говорят: «Алена, что такое гламур? Почему сейчас везде пишут: это гламурно, это гламурно, это негламурно. Что это такое?» И представляешь, я не смогла объяснить, что это такое.

Азамат Цeбоев: Надо сказать, что это чушь.

Алёна Водонаева: Просто это такая золотинка…

Азамат Цeбоев: Отвечай им, что это чушь. Забудьте.

Алёна Водонаева: Но как отвечать на такой вопрос?

Азамат Цeбоев: Это уже неактуально. Это уже неважно абсолютно. Это была такая форма декаданса, когда ты мог потратить деньги на совершенно ненужные тебе вещи, которые по идее выглядят красиво. А эту идею о красоте, как раз создают люди типа нас, которые в журналах пишут: это хорошо, а вот это плохо. На самом же деле всё всегда писалось от балды. И нам, например, это нужно было, т.к. поскольку у нас кроме журнала есть агентство по мероприятиям. И пиар-агенствам нужно было прослыть специалистами по гламуру, чтобы люди заказывали нам мероприятия. «Мы знаем!» А это знание на самом деле из пальца высосано.

Алёна Водонаева: А вот расскажи об этом. Как применяется высосанное из пальца знание, как раз вот в Ваших агентствах?

Азамат Цeбоев: Нужно представить себя большим специалистом, что ты знаешь, что нужно тем людям, которые стремятся к красивой жизни.

Алёна Водонаева: Но это все как мыльный пузырь?

Азамат Цeбоев: Конечно.

Алёна Водонаева: И так все пиар-агенства?

Азамат Цeбоев: Это идеологический мыльный пузырь, который важен для того, чтобы каким-то образом выделится потому, что клиенту-заказчику совершенно неважно: качественно ты что-то делаешь или некачественно.

Алёна Водонаева: А что важно?

Азамат Цeбоев: Ему важно, чтобы его облизали, чтобы ему показали пряник и, чтобы ему пообещали, что он будет круче всех. Если ты работаешь только профессионально, как профессионал, то никто твои услуги покупать не будет.

Алёна Водонаева: Я вспомнила, что хотела спросить тебя о благотворительности. Как именно в кризис стала развиваться благотворительность и до кризиса?

Азамат Цeбоев: До кризиса благотворительность стала становится, как и современное искусство, она стала входить в моду. Это была хорошая тенденция, которая мне очень нравилась, и мы всеми силами поддерживали. Всем говорили, что благотворительность  - это круто и т.д. Когда грянул кризис, а в нашей стране, как и многие вещи, утрирован, придается большее значение вещам, чем они того заслуживают особенно, когда кто-то у кого-то хочет что-то отобрать и передать.

Алёна Водонаева: Есть какие-то злоупотребления или мошенничества в этой области?

Азамат Цeбоев: В области благотворительности? Конечно, есть, как и в области распределения госбюджета есть мошенничества. А в благотворительности нет? Такого же не бывает. Так не может быть. В нашей стране все ровно, все очень четко. До кризиса этим занимались люди, которые уже наелись, а после кризиса у меня такое ощущение, что новые придут какие-то люди, пока они не наедятся, они не будут заниматься. Хотя все зависит, как говорит наш президент, от сигнала.

Алёна Водонаева: Наши светские мероприятия по большей части наполнены смыслом?

Азамат Цeбоев: Бывает смысл разный. Открывается магазин, вот весь смысл. Какой должен быть дополнительный смысл? Но бывает, когда какому-то бренду нужно продвинуться, ему нужно придумывать тему. Нельзя просто взять и организовать тусовку. Это выглядит как-то неприлично. Поэтому они придумывают либо благотворительную какую-то тему, либо аукцион. Я считаю, что это правильно, это такой налог на бизнес, который люди должны платить, делиться. Но этого стало меньше. Например, осенью мы должны были делать большое мероприятие, которое финансировала крупная инвестиционная компания и они сказали, что не могут. Мы спросили: «У них проблемы?». Они говорят, что сейчас принято быть печальным, никаких праздников. Сигнал такой прошел. Был сигнал, что нужно жертвовать и будете жертвовать. Слава Богу, централизация у нас наладилась.

Алёна Водонаева: Хотела спросить тебя про твой проект «Ира», продюссированием которого ты занимаешься.

Азамат Цeбоев: Но не так, чтобы я сейчас им занимаюсь потому, что нет возможности реализации этой музыки.

Алёна Водонаева: Вот. Об этом тоже хотела спросить. Это такая музыка. Я вчера специально посмотрела на эту девушку. Она с претензией вообще на интеллект и на качественную поп-музыку. Это то, что не совсем обычное, не то, что крутят у нас по «Русскому» радио. Сложно, наверное, с таким багажом куда-то пытаться…

Азамат Цeбоев: Сложно, хотя когда мы начинали, то я пребывал в таком наивном убеждении, что ситуацию можно переломить. И немного повысить качество и текстов, и музыки, в принципе, должно пройти. Я даже прикидывал, каким образом это можно было сделать. Я думаю, этого можно было бы добиться, но опять грянул тот же самый кризис. Можно ситуацию переломить, если в более качественную музыку вложить больше денег, чем вкладывают в обычную.

Алёна Водонаева: Почему наш шоу-бизнес не хочет развиваться благодаря талантливым артистам?

Азамат Цeбоев: Не то, чтобы не хочет развиваться. Он развивается именно так, как он может развиваться. Это все замкнутый круг. Когда мы пеняем на телевидение и говорим, что телевидение повинно в оболвании нации, на самом деле в этом есть какая-то доля правды, но только доля правды потому, что телевидение идет, как известно, за рейтингом. Рейтинг – это, значит, «бабки» рекламодателей. Хотя все мы видели, что в самом начале телевидение могло пойти другим путем, немножко подняв планочку, народ бы к ней потянулся, рекламодатели точно также потянулись. Просто люди в какой-то момент решили пойти путем наименьшего сопротивления. И когда они уже пошли этим путем, повернуть обратно уже очень трудно. Практически, мне кажется, невозможно. Нужно сделать ещё один революционный скачок. А у нас революционные скачки заканчиваются, как правило, убийствами генеральных директоров.

Алёна Водонаева: Хочется, что у нас шоу-бизнес был более интересный и не состоял только из Николая Баскова, Яны Рудковской, Димы Билана.

Азамат Цeбоев: Это очень просто сделать. Нужно выключить телевизор и не включать «Русское» радио. Вот и все. И сразу для тебя музыка станет совсем другой. И всё станет совсем другим. И не ходить на плохие фильмы.

Алёна Водонаева: Вот Вам совет, дорогие зрители.

Азамат Цeбоев: И сразу же жизнь наполнится смыслом. Начнешь читать книжки и, никакого Николая Баскова нет. Я с трудом вспоминаю, кто он такой, когда мне говорят потому, что их нет на самом деле. Больше всего меня до глубины души поразили сериалы на самом деле.

Алёна Водонаева: Сериалы? Вы же только что говорили, что телевизор Вы не смотрите и не включаете.

Азамат Цeбоев: А мы телевизор  и не смотрим. Только скачиваем на Pairet.bay и смотрим.

Алёна Водонаева: А что за сериалы?

Азамат Цeбоев: Американские в основном сериалы. Это Wiz, есть такой сериал про мать-одиночку, которая выращивает марихуану и продает её. Сериалов очень много и постоянно есть, что качать. Тот же Californication. Эти сериалы нельзя смотреть по серии, как у нас бывает, что сериалы показывают по выходным. Их качнуть надо и смотреть сезон. И тогда только понимаешь, о чем речь. Их нельзя смотреть в переводе: они не переводятся.

Алёна Водонаева: Они не переводятся?

Азамат Цeбоев: Для того, чтобы понимать, о чем там идет речь, нужно знать культурный контекст, кроме английского языка. Потому, что знание английского языка для меня лично имело несколько стадий. Когда я приехал в Америку я вообще не понимал. Они надо мной смеялись потому, что я говорил на таком очень правильном английском. И часть людей думала, что я придуряюсь, а часть думала, что кошу под аристократа.

И знание языка имеет несколько стадий. Сначала ты начинаешь понимать, что говорят люди, имеются ввиду пассивные знания. Потом начинаешь более-менее понимать, что говорят в новостях по телевизору потому, что ведущие там говорят все очень понятно.   Особенно на главные каналы, как правило, они берут канадцев. Считается, что у канадцев самый лучший английский язык, произношение. Потом ты начинаешь смотреть фильмы и, до тебя что-то там доходит. Предпоследняя стадия, когда ты начинаешь понимать, о чем говорят Stand-Up комики и последняя, когда ты начинаешь понимать, почему это смешно. Всё.

Алёна Водонаева: Уже внедряешься.

Азамат Цeбоев: Да. Но на это нужно долгое время.

Алёна Водонаева: Ты на последней стадии, насколько я понимаю?

Азамат Цeбоев: Я понимаю хотя, когда ты смотришь самые последние вещи, не все понятно потому, что употребляются, например, имена неизвестные мне.

Алёна Водонаева:  Ну и последний вопрос. Меня это интересует вообще очень сильно поскольку я женщина. У тебя трое детей, насколько я знаю. Что для тебя значит семья и много ли времени ты им уделяешь? Удается ли это?

Азамат Цeбоев: Уделяю немного времени. У нас есть ещё детский журнал. Называется Kids. И психолог, который сотрудничает с нами, она говорит, что очень важно ребенку уделять качественно 10 минут в день. А дети вообще такая сложная субстанция, которую очень сложно понять потому, что для их понимания нужно и время, и расслабленность. Все дети рождаются хорошими. Это очень важно понимать.

Алёна Водонаева: А когда они становятся плохими?

Азамат Цeбоев: Они становятся плохими в процессе жизни.

Алёна Водонаева: Это от родителей зависит?

Азамат Цeбоев: Это зависит от всего. Вообще такая вещь как воспитание, оно очень условное.

Алёна Водонаева: Но как? Ты же сам только, что сказал, что нужно качественно вкладывать 10 минут.

Азамат Цeбоев: Когда ты проводишь время, но воспитываешь ты не тем, что ты говоришь, а какими-то совсем другими вещами. Это выясняется в процессе жизни. Когда они тебе говорят, что в какой-то ситуации ты поступил так-то и так-то, а ты уже этого факта не помнишь. Для них это был важным. Ты говоришь одно, а они слышат другое и т.д. Это такая сложная вещь.

Потом нужно попытаться вспомнить, каким ты был, когда был ребенком. Что ты чувствовал, когда тебя ругали? Ты что-то сделал и тебя начинают ругать. Что ты чувствовал? Чувствовал ли ты вину? Задай себе вопрос. Нет? Думал ли ты, что больше никогда это не будешь делать? Нет. А что ты думал? Думал: «Когда Вы все заткнетесь? Когда Вы меня оставите в покое?»

Это нужно хорошо понимать. Когда ты с человеком общаешься, например, по бизнесу, ты никогда не будешь общаться и пытаться человеку что-то доказать, когда ты четко знаешь, что он думает про тебя.

Алёна Водонаева: Когда Вы все отстанете?

Азамат Цeбоев: Да, вообще. Ты будешь как-то по-другому пытаться это сделать. Тоже самое и с детьми. Но дети тебя заставляют повторять те же самые ошибки, которые делали твои родители. Это очень трудно. Хотя ты знаешь, что это ошибка и что, так нельзя делать, ты продолжаешь их совершать. И они тебя воспитывают не меньше, чем ты их.

Алёна Водонаева: Азамат, на самом деле я была потрясена вообще, как легко у нас сегодня протек с тобой разговор. И приходи к нам ещё, пожалуйста.

Азамат Цeбоев: Хорошо.

Алёна Водонаева: Ты безумно интересный собеседник. Дорогие друзья, в студии был Азамат Цебоев, главный редактор журнала Menu. До свидания!

Азамат Цeбоев: До свидания!

Алёна Водонаева: Спасибо тебе большое! Счастливо.