Алена Водонаева, телеведущая:

Привет, дорогие зрители, канал Russia.ru. С Вами Алена Водонаева и сегодня в программе «Звездное интервью» я рада приветствовать моего друга и одного из самых моих любимых фотографов Романа Кадарию. Привет.

Роман Кадария , фотограф:

Привет.

Алена Водонаева:

Расскажи, пожалуйста, что предшествовало твоей работе фотографом? Насколько я знаю, до этого ты работал очень успешным дизайнером? Мало кто об этом знает.

Роман Кадария:

Я вообще закончил Художественную академию, я писал картины, и так получилось, что я плавно перешел работать дизайнером в одной из московских компаний, успешно проработал 6 лет. Работал до творческого директора, можно сказать. Дальше нужно было или собственное дело открывать, потому уже упирался в потолок, или нужно было что-то менять в жизни. И так обстоятельства сложились, что мне предложили работать в фото-студии. Согласился, потому что мне всегда хотелось заниматься так, чтобы не вставать утром в 9 часов, не идти на работу, нее сидеть до 7 часов в офисе и не ждать выходных, нужно было внутреннее чувство свободы. При этом заниматься любимым делом. Я просто параллельно, когда работал дизайнером, начал снимать для себя, правда, не думал, что займусь этим серьезно.

Алена Водонаева:

Очень многим людям непонятно, потому что когда есть такое намоленое место, когда все успешно складывается, начать новую жизнь – это и опасно, и в то же время интересно.

Роман Кадария:

Я боялся, когда занимался живописью, вдруг заняться дизайном, потому что, во-первых, для этого мне пришлось долго учиться, курсы проходить, потом рисковать и искать работу. С 96 года я даже кисть в руки не брал, хотя успешно занимался этим делом. Так получилось, был кризис, не продавались работы, хотя до этого успешно покупали иностранцы.

 Алена Водонаева:

Сейчас мы живем в такое время, когда можно продать холст, на котором просто какие-то царапины нацарапаны за большие деньги, т.к. люди у нас сейчас в каком-то неадеквате, они коллекционируют скажем так  - современное искусство.

Роман Кадария:

Я думаю, что может и совмещу, т.е. у меня есть в планах совместить фотографию и живопись.

Алена Водонаева:

А у тебя остались какие-нибудь картины из прошлого? Или ты все продал?

Роман Кадария:

Остались еще, пылятся сейчас.

Алена Водонаева:

Я просто тоже рисую, и мне друзья говорят, чтобы я продавала свои картины. Согласись, что это я рисую для друзей, для родителей, для друзей друзей, для себя. А мне говорят: «Продавай картины!» Одна картина, например, 100 000. Скажи, это ведь бред – за 100 000 продать картину, если я не являюсь профессиональным художником. Тысяч за 5, за 10 – еще может быть, вне зависимости от того, что я известный человек.

Роман Кадария:

Все так и происходит: сперва начинаешь для себя снимать, для друзей, так же как и я начинал. А потом это перерастает вдруг в профессионализм, кто-то увидит в тебе талант, заинтересуется, начнет продвигать, продавать.

Алена Водонаева:

А на фотографии реально заработать много денег?

Роман Кадария:

Думаю, что есть такие фотографы, которые зарабатывают сейчас много денег. Про себя могу сказать, что я к этому стремлюсь, что хочется большего – создать семью, чтобы фотография приносила столько денег, чтобы я мог содержать эту семью, не чувствовать себя ущемленным, чтобы мои дети проблем не чувствовали по жизни. Этот эгоизм «для себя, для себя» у меня уже прошел, уже хочется отдавать.

Алена Водонаева:

Ты считаешь себя еще таким начинающим фотографом, в стадии начала, когда уже в принципе куда-то выросло, но еще не доросло до такого уровня. Ты ведь сказал, что есть такие фотографы, которые зарабатывают много денег.

Роман Кадария:

Мне и не хочется миллионы зарабатывать. Мне хочется заработать столько, чтобы мне хватало для определенных каких-то вещей. Чтобы не было фанатизма – куда девать эти огромные сумки денег, где их прятать, чтобы я ночами не мог нормально спать.

Алена Водонаева:

Твое имя известно.

Роман Кадария:

Честно говоря, я не знаю, насколько оно известно, наверное, со стороны виднее.

Алена Водонаева:

Со стороны виднее. Я могу тебе сказать, что за те 4 года, что ты занимаешься фотографией, ты стал довольно успешным фотографом, я о тебе читаю много, твои работы замечены. Просто интересно, как ты себя чувствуешь на сегодняшний день?

Роман Кадария:

Чувствую я себя так же, как и 4 года назад – те же друзья, где-то узнают, но фотографы – это артисты, не певцы, т.е. идешь – на улице никто в тебя пальцем тыкать не будет. Хотя тут недавно молодой человек подошел и спросил: «Вы – Роман Кадария?»  «Да!» «Можно с Вами сфотографироваться?» «Пожалуйста!» Приятно было со стороны, но я человек чуть-чуть ленивый, если бы не леность...

Алена Водонаева:

Все грузины такие!

Роман Кадария:

Возможно. Как говорят в Грузии – «куда палку не ткни – всюду дерево вырастет!»

Алена Водонаева:

Есть разные виды съемок, есть разные виды заработка у фотографа. У тебя, в частности, какой вид тебе больше всего нравится?

Роман Кадария:

Для души одно, а для зарабатывания бывают такие проекты, очень мне нравится – приходишь, нажимаешь на кнопку и больше ничего, а тебе деньги за это платят.

Алена Водонаева:

Это на паспорт?

Роман Кадария:

Нет, это для рекламы. Бывают сложные проекты, где потом очень сложная постобработка. Был проект «Ангелы и демоны», там надо было сделать в стиле фрески. Я для этого специально нарисовал фактуру, фактуру трещин, фактуру стен. Потом когда уже фотографировал – накладывал реальные изображения на эту фактуру.

Алена Водонаева:

Ты вообще все это сам делал?

Роман Кадария:

Да, все сам.

Алена Водонаева:

Представляешь, если в доме все это сделать? Если заниматься дизайном интерьеров.

Роман Кадария:

Можно. Кстати, после этого проекта у меня даже заказ такой был. У одного человека был день рождения, я снимал 12 человек, картина называется «Тайная вечеря», сам главный герой в виде Иисуса Христа и его друзья. Кстати, было очень много из Comedy Club, сделали в виде фрески и потом подарили ему такую большую картину 2х1м, всем очень понравилось. А сделали очень быстро – за день.

Алена Водонаева:

Когда ты получаешь такие заказы, ты как на это смотришь?

Роман Кадария:

Я смотрю на этот, как на заработок, но все равно я вкладываю туда душу, творчество все равно присутствует, это не делается автоматом, чтобы сделать галочку и положить себе в карман деньги.

Алена Водонаева:

А бывали такие заказы, что когда получаешь заказ – тебе смешно, что люди додумались до такого?

Роман Кадария:

В основном это идут такие очень крупные клиенты, там рекламная компания участвует, продакшн, уже подготовили макет, а ты приходишь и тупо на автомате делаешь.

Алена Водонаева:

А есть проекты, от которых ты отказываешься? Принципиально не будешь работать с этими людьми или тебе претит идея, когда ты считаешь, что это бред полнейший?

Роман Кадария:

Наверное, да, это в тех случаях, когда твоя репутация после этого может пострадать, твоя планка может опуститься. Были портфолио, когда я видел, что слишком нефотогеничная модель. Были случаи, когда я соглашался, а на выходе получалось... Это редкие случаи. Бывает, жалко будет, что потом человек все равно расстроится, как бы ты хорошо не снял, из 20 одна фотография может и получится хорошая, но смысл переплачивать за это? Были проекты, в которых я не хотел с этими людьми работать. Возможно, проект был хороший, но мне было плохо с ними. Мне важно, с какими людьми работать, мое мнение должно учитываться, а когда фотографов считают никем, тебя просто используют, чтобы продвинуть себя… Были случаи, когда ко мне приходили, предлагали проекты, но так получилось, что я не смог – уезжал, снимали другие фотографы, проект потом существовал, я про них читал, там даже не было имя фотографа.

Алена Водонаева:

Какая съемка для тебя идеальная? Что должно происходить на площадке?

Роман Кадария:

Идеальная съемка, когда модель тебя настолько чувствует и понимает, даже глазами. Ты показываешь какими-то эмоциями, она сама начинает видоизменяться именно в то русло, которое ты держишь в голове. Недавно я снимал негритянку, очень красивую девочку, в масле на белом фоне – конфетка получилась фотография. Снимали часа полтора, и каждая фотография как произведение искусства, каждое движение получалось. Это идеально, но не всегда так бывает.

Алена Водонаева:

Как раз про то, что не всегда бывает. Бывает, что прямо искры?

Роман Кадария:

Бывает, конечно, очень много моделей и красивых, и профессиональных вроде, но они как дерево стоят, даже не могут крикнуть. Я им говорю: «Крикни что-нибудь!» Но в конце концов все равно расслабляются, я умею находить с людьми общий язык.

Алена Водонаева:

А что ты делаешь для того, чтобы расслабилось дерево?

Роман Кадария:

По-разному бывает, у каждого человека просто свой подход. Бывает, что просто игнорируешь, не смотришь в глаза, общаешься на отдаленные темы, показываешь, что тебе эта девушка безразлична. Тогда она вспыхивает: «Как это так? Я ж такая красивая!» Контакт должен происходить, флирт тоже помогает иногда.

Алена Водонаева:

Это когда-нибудь перетекало в нечто большее, случались романы с моделями?

Роман Кадария:

Так я и сказал всем. Нет, не случались.

Алена Водонаева:

Я знаю, все грузины такие, вес ты врешь. А еще я знаю, что все фотографы используют коньяк, шампанское, чтобы раскрепостить моделей. Я, например, когда снималась для Play Boy самый первый раз помню, что было очень холодно, тогда была зима, и нам предложили коньяк. Неужели это действительно помогает?

Роман Кадария:

Я всегда против алкоголя во время съемок, потому что если я его начинаю выпивать, я снимаю несосредоточенно, а у девушки тоже пьяные глаза. Я снимал пару раз, было такое, все равно чувствуется в глазах, что уже вся расплывчатая такая, снимайте, мол.

Алена Водонаева:

Слушай, Рома, с кем тяжелее работать – с обычными людьми, с моделями или со звездами?

Роман Кадария:

Если они фотогеничные, у них получится, все равно эмоционально я их подготавливаю, говорю, что все равно у них так не получится, как они видят у меня в портфолио фотографии звезд. Они это понимают: «Я буду стараться». Они понимают, и тогда все хорошо получается.

Алена Водонаева:

Например, девушка любит Анджелину Джоли, она хочет быть на нее похожей, все себе искромсала на лице под Джоли – глаза, скулы, губы, нос. И вот она заказывает себе фотосессию. Фотография отражает реальную действительность. Если в жизни ты не видишь, что что-то не то с лицом, что это немного неестественно, как потом ретушировать, Фотошоп. Чтобы получилось максимально естественно. Фотография же отображает все неидеальное.

Роман Кадария:

Я снимал таких девушек и ничего не менял, сами модели и не хотели, чтобы что-то изменилось, они хотели, чтобы все так и было, чтобы было видно, что грудь силиконовая. У всех свои предпочтения, им нравится, что они такие.

Алена Водонаева:

Но с живыми лицами легче работать?

Роман Кадария:

Конечно, легче, потому что эмоции легче увидеть, ведь если там ботокс и силикон, то не угадаешь, что там.

Алена Водонаева:

Даже сморщить не сможешь ничего.

Роман Кадария:

Ты сможешь сморщить.

Алена Водонаева:

Да, я могу сморщить, что угодно. И надеюсь, что так будет лет до 40. надеюсь на это.

Роман Кадария:

Это гены уже.

Алена Водонаева:

Когда ты придумываешь свои спецпроекты для выставок, это как на тебя находит? Какое-то вдохновение, где ты его черпаешь?

Роман Кадария:

Иногда просто в голове, иногда я могу видеть, сижу здесь, увидел какой-то силуэт, и это меня натолкнет на какое-то определенное решение. Иногда  подталкивают, кто-то скажет какое-то слово, фразу, сразу картина появляется. Я говорю: «О, точно, надо что-то такое сделать!» Реально, мне иногда звонят и говорят: «Рома, давай выставку сделаем, деньги есть, место, но нужно сделать что-то такое!» Сижу, думаю-думаю, что сделать? Не знаю. Даже когда картины писал, продавались именно те работы, которые я от себя, от души писал. А когда кто-то приходил и говорил, допустим, что хочет у меня заказать 3 работы. Я сижу и думаю, что для него придумать, потому что все индивидуально для каждого человека. Если я что-то делаю от себя, выбирает это человек, которому это тоже по душе, потому он и приобретает. Почему не другую? А потому, что именно эта картина задела. А специально заказать для конкретного человека очень сложно, можно попасть, но не всегда. Я ему написал, но он сказал, что другие работы у меня были покруче.

Алена Водонаева:

Для тебя важно пригласить как можно больше медийных лиц, или если ты делаешь какой-то проект, важно разнообразить – взять из той области звезд, из другой, спортсменов, телеведущих?

Роман Кадария:

Я стараюсь разнообразить, в каждом проекте есть и новые, и повторяются люди. Но это шоу-бизнес, меня оттуда потянули, попросили, у них тоже есть свои стандарты – для этой выставки нужны такие-то и такие-то фамилии. А что я сделаю?

Алена Водонаева:

Рома, расскажи мне такую вещь, много ли зависит от качества камеры, которой работаешь? Потому что многие фотографы говорят, что и на мобильный телефон снять шедевр. Техника – это важно в работе?

Роман Кадария:

Соглашусь, что можно и на телефон снять шедевр, все зависит от идеи. Бьюти ты на телефон не снимешь, естественно. А если  у тебя какая-то задумка, креатив, и важна идея, а не само качество, тогда можно.

Алена Водонаева:

У тебя сейчас какая камера? Не та, что была 2 года назад? Ты меняешь их?

Роман Кадария:

Когда я работал в студии, у меня своей камеры не было, была камера студии, но это была неплохая, дорогая камера, я практиковался на таких, а потом уже приобрел свою хорошую камеру. От объективов тоже многое зависит, есть свои технологии. У меня нет образования фотографа, т.е. я школу фотографов не заканчивал, не был ассистентом ни у кого.

Алена Водонаева:

Это плохо? Как ты думаешь, это больше плюс или минус? Как тебе это сыграло на руку?

Роман Кадария:

Я считаю, что это плюс для меня, у меня нет стандартов. Многие начинающие фотографы ко мне подходят и говорят: «Я знаю, как снимать, как свет ставить. А почему у меня так не получается?» Не надо по стандартам жить, работать, надо экспериментировать.

Алена Водонаева:

Просто они так учились.

Роман Кадария:

Да, они так учились, в голове нет механизма какого-то, нет своего видения. Я учился больше на глянцевых журналах, смотрел, как свет там поставлен, где стоят световые приборы, где больше, где меньше. У меня была возможность экспериментировать в студии, поэтому просто повезло.

Алена Водонаева:

А у тебя есть муза?

Роман Кадария:

Ни одна нормальная девушка к тому, что я снимаю, хорошо не относится, плюс все-таки ревность, потому что  в основном  у меня голые натуры. Естественно, все думают, что я с ними сплю.

Алена Водонаева:

Трудно жить с фотографом, действительно. А если  в тебя влюбится девушка, что ей делать?

Роман Кадария:

Если девушка почувствует, что я тоже люблю, получается двойное доверие, а если есть доверие, то уже спокойно к этому можно относиться. Доверие – это все, очень банально, но главное – верить. Как, ты голую женщину снимаешь и так, и сяк – и ничего не происходит? Я могу сказать, что можно за 4 года научиться, чтобы ничего не происходило, изнутри надо кухню просмотреть.

Алена Водонаева:

Если ее изнутри просмотреть, как же получается, что очень часто у режиссеров бывают романы с актрисами, у фотографов с моделями?

Роман Кадария:

У всех бывает, даже если человек бизнесмен, то с секретаршей бывает, никто не застрахован!

Алена Водонаева:

У тебя есть ассистентки, ты учишь, обучаешь. Давно?

Роман Кадария:

Одна уже на профессиональный уровень переходит. Примерно год-полтора. Иногда друзей с собой беру, если надо, например, обнаженных девушек маслом помазать. Они сами предлагают: «Рома, давай мы поработаем? Бесплптно!»

Алена Водонаева:

За еду.

Роман Кадария:

Даже без еды.

Алена Водонаева:Какие  у тебя планы на ближайшее будущее? Какие задумки, проекты? На лето, на весну.

Роман Кадария:

У меня если на будущее, то не больше месяца, т.е. на лето или на будущий год я сильно не загадываю, потому что жизнь спонтанно меняется. Может быть, я стану чем-нибудь другим заниматься.

Алена Водонаева:

Например, ветеринаром?

Роман Кадария:

Да, чем-то совсем другим буду заниматься.

Алена Водонаева:

Т.е. ты не загадываешь, что будешь фотографом всю жизнь?

Роман Кадария:

Загадываю, конечно. Фотография будет жить со мной всю жизнь параллельно. Но вдруг что-то произойдет? Может, я видеоклипы снимать начну? Кстати, все началось с того, что у меня был и фотопроект плюс видеоверсия, снимали на фотоаппарат.

Алена Водонаева:

Когда ты подглядывал? Это было очень интересно и круто.

Роман Кадария:

Мы тогда познакомились с Аленой Свиридовой. Она сказала: «Рома, давай, сними, может, что получится». Начали снимать, сняли совместные треки, свет поставили.

Алена Водонаева:

Когда это можно будет увидеть?

Роман Кадария:

Я не знаю, это же не за деньги особо, мы делаем для души: то Алена куда-то улетит, то я куда-то. Сейчас соберемся и, я думаю, доснимем всю эту хорошую историю.

Алена Водонаева:

Ты часто улетаешь отдыхать куда-то, насколько я знаю? В году бываешь несколько раз.

Роман Кадария:

Проблемы были, никак загранпаспорт не мог сделать, т.е. два года я был невыездной. Это накопилось, и как только получилось сделать, я сразу куда-то пытаюсь улететь, как только появляется какая-то возможность. Поработаю, заработаю чуть-чуть и опять трачу там это все на море. Меня это вдохновляет.

Алена Водонаева:

Ну, что ж, Рома, спасибо, что пришел. Я тебе желаю оставаться таким же свободным, спокойным, пусть у тебя в работе и личной жизни все будет так же.

Роман Кадария:

Огромное спасибо, что пригласила. С прошедшими праздниками, кстати.

Алена Водонаева:

А с Вами, дорогие друзья, мы увидимся как обычно, на следующей неделе.