Евгений Лазарев:

По Венере, на начальном этапе, опять же, мы достигли, наши ученые в Советском Союзе достигли больших успехов, то есть это «Венера-9», «Венера-10», это первые панорамы с поверхности. То есть ученые увидели, в общем, как выглядит Венера, соответственно увидели, что на Венере оранжевое небо. Вначале было несколько неудачных запусков, поскольку не предполагали, что атмосфера Венеры имеет настолько высокое давление, что аппараты просто раздавливались, пока они спускались к Венере. Сначала предполагали, может, там наличие жидкого океана. Поэтому, соответственно, даже на одном из первых аппаратах были заглушки, что ли, из сахара, которые должны были раствориться. И оттуда должны были какие-то понтоны выплыть, чтобы эта станция могла удержаться на плаву. Но, к сожалению, или не к сожалению, просто по факту оказалось, что все не так, то есть на Венере отсутствует жидкая какая-либо вода и так далее. То есть, вся жидкость на Венере она испарилась и находится в атмосфере. То есть глобальный парниковый эффект. Из-за этого парникового эффекта, там очень высокая температура на поверхности, около 460 градусов, поэтому это в принципе самая высокая температура считается вообще в солнечной системе. Считается, что этот парниковый эффект, как раз модель возможного будущего развития Земли, если не прекратится выбросы в атмосферу и так далее. То есть, неразумное использование ресурсов и, соответственно, могут увеличиваться количество парниковых газов в атмосфере, и, соответственно, Землю может постигнуть такая же участь, как и Венеру.
Но на Венере это, в принципе, обусловлено было тем, что Венера находится ближе к Солнцу, чем Земля, соответственно, она получает больше солнечной энергии, соответственно этот процесс испарения более интенсивный. Поэтому так и получилось, что Венера, до начала космических исследований, то есть не было данных по этой планете, то есть не знали даже как выглядит рельеф. Были, конечно, какие-то наземные наблюдения с Земли. Там кроме каких-то темных и ярких областей, ничего не было видно. И только в 70-х годах появились первые изображения вообще поверхности, то есть люди увидели, что там за облаками находится. Поэтому к Венере всегда был такой очень большой интерес, поскольку эта планета по размерам практически совпадает с Землей. На Венере был достаточно интенсивный вулканизм. Там очень много было вулканических форм рельефа, складчатых форм рельефа. Сейчас вокруг Венеры вращается аппарат «Винус-Экспресс» Европейского Космического Агентства аппарат. Он получает новые данные. Мы, в принципе, тоже надеемся, может быть, потом в последствии их получить и с ними работать. Одной из задач было, создание карты Венеры по данным космического аппарата «Магеллан», то есть до «Винус-Экспресс» вокруг Венеры вращался аппарат «Магеллан» и вот как раз именно он то и получил все вот эти вот данные. Его запускал NASA в 90-м году, и в 94 году он закончил съемку, то есть он был, соответственно, спущен в атмосферу Венеры и даже передавал какие-то данные из этой атмосферы, пока опять же не был раздавлен этой атмосферой. И, соответственно, он получил очень много радарных данных, потому что Венеру можно снимать только радаром. Видимую съемку нельзя производить, потому что, очень плотный слой облаков. Были получены данные вот эти радарные на всю поверхность, то есть мы смогли увидеть рельеф многих образований, многих форм. И вот нами как раз по этим данным была составлена карта на всю поверхность Венеры опять же в России по данным «Магеллана». То есть в России по маггелановским данным карта не составлялась. Была разработана интересная шкала, в таких вот оранжевых цветах, чтобы передать вот этот оранжевый цвет на Венере. Даже одной из задач этой карты было просто дать представление об этой планете, об ее рельефе. Опять же рельеф на Венере вообще он более выположенный чем на Земле. Там есть два таких очень крупных материка «земля Иштар» на севере и «земля Афродиты» в экваториальной области. Все названия на Венере это женские названия, то есть, в честь богинь, в честь известных женщин. Такое правило было введено Международным Астрономическим Союзом. Соответственно, была составлена карта. По этой карте можно вывести опять же какие-то закономерности, то есть, предположим, есть такая закономерность по поводу того, что северные области Венеры, ну, вообще всех планет земной группы, имеющие твердую поверхность это некоторые понижения. А южные области, вот как у нас Антарктида, это материк, возвышенность. Так же и на Марсе, в принципе, и на Луне и на Венере наблюдается то же самое, то есть вот такая интересная закономерность. Но, по разным оценкам возраст рельефа Венеры колеблется от 500 миллионов лет до 1000000 лет, то есть 1000000 лет назад на Венере происходили тоже опять же какие-то бурные геологические процессы. Соответственно можно провести какие-то аналогии с Землей. На Венере не очень много кратеров, потому что, плотная атмосфера, поэтому не каждый метеорит или болид, может достигнуть поверхности. Опять же по форме кратера можно судить о его возрасте, опять же о возрасте поверхности, о природе этого кратера. На Венере очень много таких интересных форм, геологических, как например, венцы. Венец это такое некоторое вулканическое вздутие, когда вот магма давит снизу на кору Венеры и вздувается такой большой купол. Потом он застывает, разрушается и соответственно продавливается. Получается такой кратерообразная структура и раньше считали, что это кратер, а потом, оказывается, выяснилось, что это не кратер а именно вулканическая такая структура, которая совершенно отсутствует, например, на Земле и вообще на других планетах, только вот на спутнике Урана Миранде, что-то похожее обнаружено. В принципе на Венере очень много таких интересных форм, которые отсутствуют на других планетах. Я считаю, что в принципе, наверное, вот это и есть наша миссия, то есть продолжать исследования, даже может быть в каких-то стесненных условиях, а потом это послужило, ну, стартовой что ли площадкой для движения дальше. Развитые страны они хотят быть космическими державами. Нам очень важно не упустить этот момент. Особенно в дальних исследований, не только околоземного пространства, но и других планет. А если сейчас действительно будет вот это развитие науки, буду в науку вкладываться средства, как бы еще не все потеряно из того большого багажа, который был накоплен в Советском Союзе, то есть вот этих вот исследований. То есть не все еще потеряно.