Юрий  Муравицкий, режиссер спектакля «Засада»: 

Для меня очень  интересно и принципиально делать такой синтез театра и хип-хопа, театра и рэпа, потому что у хип-хопа, у рэпа очень мощная энергетика. 

Эдуард  Бояков, арт-директор театра «Сцена-Молот»: 

«Засада» - это спектакль, где повествование идет от имени гопника, персонажа, который придуман и реализован Вячеславом Хахалкиным.  

Юрий  Муравицкий: 

Слава объективно очень талантливый актер. Я посмотрел клип «Бодрячком», и несмотря на то, что я имею два театральных образования, я долго не мог понять, этот человек реально такой, или он играет.  

Вячеслав  Хахалкин, музыкант, актер: 

Это не образ, это  момент жизни, который я прожил, т.е. соответственно это - я. Я лишь хочу показать некую форму жизни, которая существует на улице, и я это делаю правдоподобно, честно.  

Юрий  Муравицкий: 

Юрий Клавдиев, когда писал эту пьесу, он отталкивался именно от этого образа и писал  конкретную пьесу «Засада» под образ  Сявы. Эдуард Бояков поддержал эту  инициативу и предложил сделать это спектаклем "Сценой-Молот".  

Эдуард  Бояков: 

Этот спектакль  про боль, про пустоту внутри, про современное сознание, этот спектакль  про меня. 

Эвен, студия «ШТОРМ»: 

Совершенно что-то новое, самое главное - это новое. 

Константин  Долгоновский, фотограф: 

Очень качественно  сделанный спектакль, вот это  порадовало. 

Эвен, студия «ШТОРМ»: 

Честно говоря я и ожидал, что кто-то это сделает. Молодцы парни, 5 баллов! 

Константин  Долгоновский: 

В Европе этот жанр популярен, а для Перми это, в общем-то, новое, и как все новое – интересно. 

Юрий  Муравицкий: 

Мы, когда работали над проектом, говорили и смотрели спектакли Мамонова, мы говорили про Тома Уэйтса, про Гришковца.  

Елена Живненко, студентка: 

Если честно, было очень скептическое отношение изначально, потому что довольно спорно. Но сегодня пришла и посмотрела, и была очень приятно удивлена. 

Вячеслав  Хахалкин: 

Я больше чем  уверен, что люди, которые занимаются критикой, в каких-то своих ситуациях жизненных бывают точно так же вульгарны, как и мы.  

Юрий  Муравицкий: 

Для меня это абсолютно такая история из разряда  вечных историй. Человек просыпается на какой-то абсолютно неизвестной ему квартире. По ходу дела, решая вопрос, как ему выйти из этой засады, он решает, что ему делать с той пустотой, которую он чувствует внутри. 

Вячеслав  Хахалкин: 

Мы все люди, и даже этот самый пацанчик, который  будет передо мной стоять, прямолинейный, и который живет по каким-то таким понятиям, у него тоже есть сердце. И всегда нужно говорить про какие-то чистые вещи, правильные. 
 

Юрий  Муравицкий: 

Если герой  спектакля пришел на сцену одним, а уходит другим, это очень важно  и для зрителя, и для героя. Вот это в спектакле безусловно есть. 
 

Вячеслав  Хахалкин:

Я несу ответственность  очень большую за то, что я делаю вот в этом проекте, рэпера Сявы. Я это понимал с самого начала и поэтому в голове у меня крутилось: "Дай Бог мне жизни, чтобы у меня была возможность это раскрыть и дать людям понять, что с помощью этого происходит некое слияние с каждым человеком, которому я подаю эту энергию". Это откровение, это чистой воды откровение. 
 

Эдуард  Бояков: 

Безусловно, Эдуард Бояков в душе гопник, так же как, надеюсь, персонаж этого спектакля в чем-то Эдуард Бояков. Потому что я резонирую с этим человеком безусловно. Может я курю меньше травы, и у меня нет переделок, в которых участвует пистолет, но это не важно. 

Елена Живненко: 

На удивление это было интеллигентно. На мой взгляд, несмотря на лексику, несмотря на все, это очень продумано, это очень красиво, это очень сработанно.   

Юрий  Муравицкий: 

Для меня абсолютно  очевидно, что это пермский проект, это пермский герой, это пермские танцоры, и это как бы доказывает, что в Перми есть много людей, которые открыты для нового, для какого-то эксперимента, потому что для меня это, прежде всего, эксперимент.  

Вячеслав  Хахалкин: 

В Перми происходило очень мало каких-то культурных событий. И буквально за полгода здесь в Перми произошли глобальные какие-то (для меня, что меня именно воспитало): появление Марата Гельмана, выставки, фестивали. 

Юрий  Муравицкий: 

Здесь, в Перми, возникает уникальная ситуация, когда молодежь может прийти в театр и увидеть себя. 

Вячеслав  Хахалкин: 

Я впитываю это, я сам этого не замечаю, но я это впитываю, как губка, как все люди, т.е. во мне это все происходит. И в какие-то моменты, творческие реализации, это мне даже помогает. Где-то я что-то увидел, мое сознание зафиксировало и потом это выливается в моем творчестве. Т.е. такие вещи происходят, и это круто.