Владимир Миронов:
Я вот могу сказать, что у меня на факультете порядка 90 человек учатся, грубо говоря, по кредитам. И это означает, что вообще-то говоря, если до декабря, до 15, приблизительно, декабря эти кредиты не будут оплачены либо самим студентом, либо тем, кто эти кредиты давал, либо еще кем-то, да, то мы обязаны, по закону обязаны студентов отчислить. Представляете, сколько это по университету и по стране. Причем, вот мне здесь ситуация несколько непонятная, вот, что ребят-то мы отчисляем, но при этом тот, кто доучился, например, до 4 или до 5 курса, они же ведь проценты по кредитам обязаны будут отдавать, тоже, вот, проблема. Я думаю, здесь сейчас сразу целый комплекс проблем. С одной стороны юридическая: как в этой ситуации быть. С другой стороны, политическая. Вот я бы сейчас сходу предложил бы одно решение, которое, ну, не знаю, насколько это обсуждается. Не думаю, что для государства на этом этапе вот та сумма кредитов, которые, ну, которые, так сказать, сейчас не могут выплатить является уж очень большой. И мне кажется, государство здесь, поддержав свою молодежь, должно взять на себя это бремя, и вообще говоря, проплатить все эти кредиты. Может быть, согласовав это с теми компаниями, которые кредиты давали, понизив, допустим, проценты выплаты, и так далее. Не знаю, насколько это экономически возможно. Может быть, кризис дает возможность государству показать, что оно думает о будущем. Взять на себя эти кредиты, проплатить ребятам обучение. Я думаю, уже это даст, по крайней мере, можно надеяться, что уж эти люди действительно будут понимать, что государство для них сделало очень много. Поэтому, вот, посмотрим, как это будет реализовываться. Вот последние события во Франции. Студенты фактически выступили, как против работодателей. Логика какая была: работодатель хотел себе взять право. Вот, студент получил образование прагматично и быстро – я его беру. Студент поработал 2 года, он мне не нужен, я его выбрасываю. Беру нового студента. Экономически очень выгодно. Почему? Потому что обычно система строилась как: я беру выпускника, я работодатель. Он работает 3 года, потом его надо переучить. Я, как работодатель, вкладываю деньги. Тот путь, который первый я описал, он более быстрый для предпринимателя. И студенты, мудрость студентов Франции, они это поняли, они абсолютно верно это поняли. Они выступили против работодателя, и заблокировали это. И сегодня, когда у нас в стране пытаются навязать вот эту идею, что работодатель должен чуть ли не определять учебные планы, мы тогда получим страну, в которой классическая филология, философия и теоретическая математика работодателю не нужны. Это первая проблема. С другой стороны, молодой человек, который сегодня получает, в том числе, фундаментальное образование должен понимать, что он не продержится на этом образовании, и он должен быть готов переучиваться. И вот здесь, когда его уже взяли на работу. Я думаю, что у того же работодателя должны быть жестки, должны быть принципы, здесь я как бы обратную позицию занимаю, которые должны заставлять человека учиться, заставлять переучиваться. Более того, это касается не только вот студентов и молодых ребят. Я бы это ввел и для преподавателей. И во многих странах это есть. Ну, что там скрывать. Шутка такая существует, что человек много читает до написания кандидатской, меньше после написания кандидатской, а после докторской он не читает ничего, он пишет. Вот если бы мы сегодня, не дай бог, провели бы сканирование, сколько человек преподавательского состава в целом посещают библиотеки, и вообще читают серьезную литературу, мы бы получили очень негативный результат, понимаете. Почему? Нет стимула для такого рода, и люди застывают. Потому что вот это действительно очень серьезная проблема. С одной стороны, стимулирование, как мы должны стимулировать, что человек получает новые знания, что он получает дополнительную профессию, сопряженную с его профессией. Допустим, философ-юрист, философ-экономист и так далее. Как мы можем это стимулировать? С другой стороны, должна быть жесткая система. Вот я у себя даже на факультете, например, у меня идет такая регулярная переподготовка преподавателей. Я обязал всех проходить через наши компьютерные классы, где мы их учим элементарным вещам, типа там подготовки презентаций и так далее. Просто без этого он сейчас не пройдет квалификацию. Это вообще должно быть в масштабах страны. И, кстати говоря, в связи с этим у нас эта система института повышения квалификации в стране разрушена полностью практически. Вот здесь для государства, здесь, конечно, нужны и средства, нужно просто ввести. Не путем, как раньше, там, всеобщей компьютеризации, как кукурузы и так далее. А ввести действительно повышение квалификации, что человек действительно получал знания. Людей нужно, если это высший состав, так сказать, преподаватели, профессура, заведующие кафедрой, вплоть до каких-то школ у нас в стране, за рубежом даже с вывозом людей. С таким интенсивным обучением и так далее. Поэтому вот это действительно проблема. То есть, здесь и то и другое, вот, может работать. Но нельзя брать что-то одно. Нельзя отказываться от того, что, ага, вот мир требует юристов, мир требует экономистов. Причем не теоретического высокого уровня, а вот которые должны работать. Давайте мы откажемся от экономики вообще, от юриспруденции вообще, от теоретической математики, от филологии. Нет. Работодатель должен платить за то, что человек… Да, но другая проблема. Зато, если вы получили фундаментальное образование, на самом деле, ваше переучивание в рамках вот этой системы, оно очень дешево, а результат может дать колоссальный.