Валерий Шульговский:
Внимание, вообще говоря, представляет собой чрезвычайно важную функцию нашего мозга. Известны заболевания внимания. В начале 20-ого столетия венгерский исследователь Бамин, клиницист, обнаружил, что у больного с поврежденном правой теменной корой – он игнорирует правую половину зрения. В каком смысле игнорирует, например, если ему дать образец перерисовать, скажем, ромашку, то он рисует лепестки только с одной стороны, а с левой стороны поля он не рисует. Если ему дать перерисовать циферблат часов настенных, он все цифры старается уместить на одной стороне, на левой стороне – не умещает. Это получило название Нигрект, в англоязычной литературе – игнорирование. Причем, это не связано со зрением, как токовым, потому что, если проверить человека на периметре, то есть, как у него все его зрение представлено, то оказывается, что у него зрение нормальное. Более того, это связано не только с таким вот наглядным представлением, но и с мысленным экспериментом. Если человеку, например, сказать: «Пожалуйста, представьте себе, что вы стоите спиной к Манежу. Опишите, что перед вами находится», то он описывает, стоя спиной к Манежу, Александровский сад, гостиницу Москва, дальше говорит: «Ничего нет». Вот такое заболевание расстройства – очень тяжелое заболевание. Потому что такие больные не могут найти свою койку в палате. Они ее считают, по счету знают, скажем, пятая. Они не ориентируются на географических картах. Другое явление растормаживания вот этого непроизвольного внимания, то, что Павлов называл рефлексом, представлено у больных с поражениями отлобных полюсов мозга. Такие больные очень расторможены, то есть они реагируют на все сигналы, которые возникают: где-то звук раздался, открылась дверь, кто-то прошел. На все это они реагируют и в результате не могут сосредоточить внимание на ответах на вопросы врача. Вот Александр Романович Лурин, наш выдающийся психолог, нейропсихолог – он писал по этому поводу, что с таким больным легче всего завязать диалог через третье лицо. Пригласить другого больного, у которого нет таких нарушений, с ним разговаривать, и тогда этот больной начинает реагировать на как бы посторонние для него слова и начинает участвовать в этих разговорах. А внимание вообще… У человека, ведь, еще большая специфика вот с чем связана – у человека фовиальное зрение, то есть он видит, но в виде такого узкого лучика, значит, мы примерно видим телесным углом не больше двух угловых градуса. Что это такое? Это на вытянутой руке, площадью этого на такой вот, примерно, метр. Вот таким лучиком мы обследуем мир. Другое дело, что у нас существует периферическое еще зрение, которым мы дополняем этот мир. На самом деле, чтобы таким узким лучиком все это обследовать, то для этого нужна еще глазодвигательная система, то есть специальная система сканирования перемещения вот этого лучика, то есть движения глазного яблока, чтобы осуществить обследование окружающего нас мира. Существует такое заболевание – называется Трубчатое зрение, когда происходит дегенерация периферической части сетчатки. У такого человека сохраняется единица зрения, он может прочитать таблицу в кабинете офтальмолога, но вот эти больные ведут себя, как слепые люди. Когда он приходит в новую какую-то обстановку, он начинает интенсивно вращать головой, глазами для того, чтобы вот этим лучиком проследить и создать у себя какое-то представление об окружающем его мире. А на улице он это не может делать, и он ведет себя, как слепой человек. Ну, наше чтение текстов, скажем, оно тоже связано с фовиальным зрением. Очень высокое разрешение. Дело все в том, что если построить, скажем, глаз строил инженер современный, то он бы сделал равномерно как, вот видеоконе. Тогда, если обеспечить равномерную остроту зрения по всей сетчатки, то простой арифметический подсчет показывает, что толщина зрительного нерва будет в полтора раза больше, чем диаметр глазного яблока. Значит, природа пошла по такому… Она сделала очень маленькую часть этой сетчатки с очень высоким разрешением и с цветом, но снабдила еще дополнительно движениями, благодаря которым мы сканируем. Причем, это спрятано на уровень нашего мозгового ствола двухолме, вообще мозгового ствола, то есть в самый. Здесь вот пара медиан ретикулярной формации и здесь стволовой генератор саакат находиться, то есть на уровне нашего дыхательного центра, глазодвигательного центра, который определяет давление кровяное и так далее. И вот на этом уровне мы можем… Но включается, конечно, лобной уровень. Это, примерно, вот эти области мозга – это наше произвольное рассматривание. Теменная – здесь вот на уровне теменной коры тоже есть центр управления зрением. И, вообще, согласно последним данным по исследованию методами томографии, показано, что, по-видимому, в мозге надо различать две системы внимания. Одну систему – переднюю, так называемую, связанную с лобными областями мозга, и заднюю систему внимания, связанную с непроизвольным вниманием. То есть – есть внимание постоянное… Есть внимание, когда мы действительно контролируем его, и есть внимание, которое постоянное. Ну, вот, например, когда вы едите на работу и видите огромное количество вывесок, рекламы, лиц, но вы это все не запоминаете, но все время фиксируете все эти события. А вот встретили знакомого и вы можете потом с кем-то поделиться, что встретили такого-то и такого-то. Это произвольное внимание: вы это запомнили, вы это оперируете, у вас это отложилось в памяти, вы помните об этом и все. Поэтому функция внимания – она очень важная для мозга. Вунд, например, основоположник экспериментальной психологии, он говорил о внимании, как о концентрированном сознании.