Олег Малков:
Строго говоря, сейчас не один большой астрономический проект просто не в состоянии существовать за счет одного государства. Даже очень развитого. Чтобы делать действительно весомое, значимое открытие, астрономы должны располагать достаточно дорогой сейчас техникой. Все, что можно было открыть со сравнительно небольшими телескопами, ну не то, чтобы это уже открыто, нет. У этих телескопов все-таки есть еще сфера применения, но есть проблемы, которые можно решить только с помощью очень дорогостоящего оборудования и еще расположенного негде попало, а в строго определенных местах Земли. Мы называем их – места с хорошим астроклиматом. Создание таких серьезных обсерваторий под силу только альянсу государств. Как пример могу привести так называемую Европейскую Южную обсерваторию. Финансируют ее европейские страны, а телескопы стоят в Южном полушарии, в Чили. Там достаточно хороший астроклимат. В году бывает не больше трех ночей, когда нельзя наблюдать. Это крайне желательно, если Россия войдет в этот консорциум. Для этого нужно конечно заплатить деньги, но в результате мы будем иметь доступ к довольно мощным инструментам. Другой пример – Международная Виртуальная обсерватория. Суть в том, что далеко не всегда, когда астроном поставил перед собой задачу, далеко не всегда ему нужно немедленно бежать и записываться в очередь на телескоп. Ну да, он запишется, его заявка будет рассмотрена комиссией – специальный комитет, который распределяет время на телескопе. Он получит время, а может и не получить, если там довольно-таки серьезный фактор давления. Будет наблюдать. А может и не получится, если ему не повезло с погодой, какое-то время обрабатывать. Другими словами, неплохо бы посмотреть, а, может, это до него уже кто-то наблюдал. И эти данные уже лежат в архивах, а такие архивы имеются при всех крупных телескопах. И по миру распределена так называемая сеть центров астрономических данных (один из них находится у нас в Москве). И астрономам в начале этого века пришла в голову мысль, что неплохо бы эти архивы объединить, научить их разговаривать между собой. Другими словами, написать стандарты, написать форматы, по которым они бы понимали друг друга, а пользователь понимал бы их. И таким образом, через какое-то время сделать доступным на любой компьютер любого человека (на его десктоп, лаптоп и что угодно) любые астрономические данные, полученные кем-либо, когда-либо, на каком-либо инструменте, в какой-либо длине волны. Вот эта задача и называется «Виртуальная обсерватория». Она естественно может решаться только сообществом, поскольку эти архивы, как я уже сказал, распределены по всему миру. Эти архивы никто не будет стаскивать в одно место. Они физически останутся на прежних местах, но они будут соединены ну, во-первых, мощными линиями связи. И, во-вторых, они будут соединены одним языком, на котором пользователь сможет подавать запрос и получать результаты со всех этих архивов. Россия участвует в этом проекте. Для России это актуально еще почему: После распада Советского Союза так сложилось, что большинство инструментов советских оказались в зарубежных государствах (на Украине, в Грузии, в Армении). Пожалуй, крупный инструмент у нас остался только один – шестиметровый телескоп на северном Кавказе (специальная астрофизическая обсерватория). Этот телескоп пятнадцать лет был лидером среди телескопов мира. Сейчас это конечно далеко не самый крупный телескоп – он входит, по-моему, в двадцатку крупнейших мира. Другими словами, России с ее вот этими несколько подрезанными наблюдательными возможностями вступление в Международную виртуальную обсерваторию – это довольно эффективный выход из такого положения. В том числе, и финансовом. Каждый запуск любого космического корабля приводит к образованию космического мусора. Деятельность на орбите – это тоже образование. Это вещи, с которыми просто обязаны мириться. Ну, некуда это девать. Мы стараемся фиксировать все эти объекты и каким-то образом просчитывать эти орбиты, чтобы узнать, куда что летит. Но эта возможно только для крупных объектов. А для разной мелочи это просто невозможно. Мы не можем фиксировать положение в космосе всех мелких осколков. От того, что они мелкие – они не становятся менее опасными. Разогнаны до хороших скоростей, а там скорости приличные, этот осколок может привести к большим неприятностям, несмотря на то, что он мелкий. Таких объектов очень много, особенно в районе вот той самой геостационарной орбиты. Эксперименты по исследованию оружия (учения, если угодно) они, конечно, приводят к образованию огромного количества осколков. И эта проблема очень большая и также решается только международным сообществом