Артем Королев: Друзья, здравствуйте! Это опять Ваша любимая программа. Я не помню, как называется, но... «Звездное интервью» по-моему у нас. Оригинальное название, да, все оценили. Меня зовут Артем Королев. Это Russia.ru и сегодня у меня в гостях очередная порция красивых и талантливых, и известных девушек по имени «Пропаганда». Замечательная группа.

Мария Букатарь: Здравствуйте!

Анастасия Шевченко: Здравствуйте!

Артем Королев: Спасибо большое, что пришли. Очень давно хотел с Вами пообщаться, потому что еще в детстве, как и любая 12-ти летняя девочка...

Виктория Воронина: Ты слушал группу «Пропаганда».

Артем Королев: Да, я слушал несколько Ваших песен, и с того времени осталась пока только ты, да? Ну вопрос первый, наверно, к тебе скорее, потому что ты здесь старичок в хорошем смысле слова.

Виктория Воронина: Да.

Артем Королев: Когда деревья были зеленее, а небо голубее, что было тогда и сейчас, вот основная разница, как ты думаешь?

Виктория Воронина: В самой группе или в шоу-бизнесе вообще?

Артем Королев: Да, именно в группе.

Виктория Воронина: Ну наверно основная разница — в восприятии мной же мира. То, что происходило внутри меня тогда — это была глубокая депрессия, глубокий негатив.

Артем Королев: Почему?

Виктория Воронина: Потому что мы — подростки, подростки десятилетней давности. Это дети, которые видели, как их там братья и сестры убиваются из-за наркотиков, тогда было модно кидаться с крыш, еще что-то. И мы писали песни об этом, то есть мы так чувствовали, что нас не понимают, нас не слышат, взрослые вообще всегда неправы и тра-та-та и тра-та-та. Поэтому и такие песни были ранящие, и очень много людей на это откликнулось. Потом, естественно, надоело быть семнадцатилетней одинокой, покинутой, никому не нужной, несчастной девушкой. Появились новые друзья, закончилось ужасное школьное время, началось время циркового училища, новые друзья, новые интересы. Как бы началось такое студенчество: друзья из общежития там, тра-та-та. Влюбленность появилась, первая какая-то любовь взрослая. Поэтому я начала писать лирику уже осознанно. И до сих пор лежат эти тетрадки с этими агрессивно-депрессивными текстами.

Артем Королев: Ну а музыкальные материалы сейчас, девчонки, все-таки больше всего зависят от продюсеров или от тебя, например, как от такого вдохновителя?

Виктория Воронина: Сложно сказать, потому что мои песни — они не подлежат формату. Я не понимаю, что такое формат или не формат.

Артем Королев: То есть либо ты пишешь - это принимается, либо это не принимается и тебе предлагают что-то другое?

Виктория Воронина: Да. Я могу понимать, когда я пишу хит и когда я пишу просто песню. Это понятно.

Артем Королев: То есть ты можешь писать и музыку, и слова, что сегодня вообще редко?

Виктория Воронина: Я и пишу и музыку, и слова.

Артем Королев: Друзья, я не знал, я правда не знал.

Мария Букатарь: Она все пишет. Она пишет музыку всех направлений, понимаешь? Не только попсу.

Виктория Воронина: Ну очень многие не знают этого.

Артем Королев: Слушай, а как ты приняла новых девочек, скажи? Потому что у меня есть, скажем так, примеры и других групп популярных, когда менялись солисты, и скажем, там были такие типа: ну не какие-то войны, нет, разумеется, но просто.

Виктория Воронина: Мы, когда создавали проект, группу, мы говорили: «Мы не проект, мы — группа «Пропаганда»». Это так и осталось, потому что, как можно ставить ставки на твое творчество, которое идет изнутри. То есть это я пишу, это вот опять же таки — мое восприятие мира. Нравится там, не нравится, кто-то, говорят там: «Ой, попса», кто-то там любит рок, кто-то еще что-то, мы делаем качественную музыку. И всегда песни...Все песни в концертной программе — это хиты. Что касается первых девочек — они были моими подругами.

Артем Королев: Остались сейчас подругами?

Виктория Воронина: Ну мы общаемся, но редко, потому что за девять лет я кардинально изменилась, а они не изменились вообще. И это очень видно.

Артем Королев: Ну это такой вопрос, когда ты, например, ходишь в школу, общаешься с одноклассниками, идешь развиваться дальше, а они продолжают... Если это, например, парни, как мои знакомые, пить в...

Мария Букатарь: Возле подъезда пиво.

Артем Королев: Ну слава Богу, не возле подъездов, но там на даче, есть оливье из эмалированной кастрюли и пить пиво. Вот то есть получается девочки тоже примерно остались на таком же уровне?

Виктория Воронина: Ну они я не знаю, едят ли они оливье из эмалированной кастрюли, но когда у нас была в прошлом году презентация нового альбома, и там мы снимали большую видеосъемку делали, мы сделали фишку: мы пригласили все составы группы «Пропаганда» на концерт. И как бы пришла одна из участниц первого состава, и вот она как вот была вот девять лет вот в одной кофте, вот она в этой кофте вышла на сцену. Ну хотя бы чистую рубашку принесла бы с собой на вешалке и переоделась. Тогда бы я поняла, что еще остались какие-то вот эти нравственные, да, какие-то ценности. А она вот прямо пришла, села на пол, поздоровалась с моей мамой, прямо села на пол в штанах. Я думаю: «Боже!». Я понимаю, что 10 лет назад я еще могла себе позволить сесть на пол. Мне тогда 15 лет было. Но, извините, сейчас уже, когда тебе там...Прожито такой период жизни - ты не можешь себя контролировать...Так вот: были разные ситуации. Например, как Маша Букатарь в группу пришла. Она вообще — моя подруга.

Мария Букатарь: Смешная история.

Артем Королев: По жизни?

Виктория Воронина: По жизни, да. Мы в институте вместе учимся. Она пришла ко мне на концерт. А бывшая участница, Оля Морева, ее увезли в реанимацию на скорой, потому что у нее был приступ.

Артем Королев: Ее увезли в реанимацию, и пришла Маша, да?

Виктория Воронина: Да, а нет, она пришла на концерт.

Мария Букатарь: Она меня просто позвала, потому что у нас тогда были какие-то предметы, и тебя не научат тому, что ты можешь увидеть. Она говорит: «Приходи ко мне!». Я говорю: «Вау! Прикольно!».

Виктория Воронина: У нас там было актерское мастерство или еще что-то.

Мария Букотарь: Да, я пришла, и меня, Сережа подходит ко мне, он сейчас уже наш продюсер, и говорит: «Маш, ты можешь померять костюм?». Я думаю: «Ну круто!». Померять костюм... Я еще девочка, я же люблю такие вещи.

Артем Королев: Здорово! Мой любимый...

Мария Букотарь: Я меряю костюм, и он говорит: «А померяй ка ты туфли, а!». Я обуваю туфли и встаю такая...Мне девки начинают красить, темные глаза. Я вообще не понимаю, чего. Он мне говорит: «Ты можешь выйти?». Я говорю: «Как? 40 минут...» «Ну просто, ну открой рот и все», - говорит. «Ну они все равно поют живьем».

Виктория Воронина: Я говорю: «Да пой: 44-28», а она говорит: «Я припевы знаю», - говорит.

Мария Букотарь: Я говорю: « Ну как?». Я только припевы в принципе знала. Что, я вышла.

Артем Королев: Ты попала таким образом?

Мария Букотарь: Ты думаешь, кто-то заметил, что это была не Оля? Никто не заметил.

Виктория Воронина: Никто не заметил! Все ей хлопали, все кричали «Ура!».

Артем Королев: А Оля хоть вышла из реанимации?

Виктория Воронина: Оля... Все нормально, все слава Богу. Но она не восстановилась и она с нами уже не смогла работать, потому что там было две операции.

Артем Королев: Понятно что, и здесь не нужно обижаться, это факт, что Вика все-таки лидер. Это понятно, да?

Мария Букотарь: Да нет, это понятно, никто не спорит.

Артем Королев: Но вас чуть-чуть это не коробит, честно?

Мария Букотарь: Всех коробит, конечно. Каждый хочет быть лидером, потому что... Ну ты же лидер, посмотри на себя. Ты же не позволишь какому-то второму Королеву...

Артем Королев: У меня же здесь нет никого рядом, понимаешь? Если бы здесь было еще два парня, может быть я сидел бы и переживал бы.

Мария Букотарь: Ну по жизни все равно не ты один ведущий. Ты же все равно сравниваешь себя с кем-то.

Артем Королев: Но тем не менее вы вместе всегда, понимаете?

Мария Букотарь: Мы вместе всегда. Жизнь этому учит, чтобы уметь работать с лидерами,  такими сильными, как Вика, понимаешь?

Виктория Воронина: Иногда бывают такие моменты, когда существуют, как говорит наш продюсер, существует демократия возможностей, но не демократия способностей. И если я простояла на сцене 9 лет, то у меня был и Крым, и Рим, и пьяные мужики в ногах.
Мария Букотарь:
Медные трубы были.

Виктория Воронина: И клуб лесбиянок, и огромная тусовка гомосексуалистов, и мы выступали и перед самыми высшими, и перед глухонемыми детьми. Если у меня это все есть за плечами, то если приходит новая девочка в коллектив, тут априори не может быть каких-то «фи» в мой адрес, потому что единственный человек, который может ее чему-то научить или она может чему-то научиться, - это я.

Артем Королев: В общем да. Можете вы сейчас назвать, не боясь, в принципе какие-то коллективы, если помните, я просто сейчас пытаюсь вспомнить...

Мария Букотарь: Которые остались сейчас?

Артем Королев: Нет, которые, ну скажем так, спорное их образование, непонятно. Знаете, есть всякие такие коллективы, как сестры Бентли. Я вот не знаю... «Дай мне, дай мне».

Мария Букотарь: Я тоже не знаю, как они. Я вообще их не знаю.

Виктория Воронина: Я стыжусь, но у меня нет телевизора дома принципиально. И я вообще телек не смотрю, и я не знаю, о ком ты сейчас.

Артем Королев: Их тоже не по телевизору увидел.

Виктория Воронина: Есть коллективы, по которым видно.

Артем Королев: Ну например?

Виктория Воронина: Я знаю одну ситуацию, после которой, после которой я сказала: «Боже! Кто это?». То есть я сначало подумала, что на меня вылетел этот...орангутанг. Я подумала, что это — обезьянка. Было мероприятие в ГЦКЗ «Россия». Открывается дверь лифта, и я выхожу - и в коридоре сталкиваюсь с чуваком. А это чувак - «Поднимите Ваши руки, я не вижу Ваших глаз», все дела. И он шел на голове с полотенцем, знаете, такое оранжевое полотенце за 130 рублей продается в супермаркетах. Он шел на голове с полотенцем там джинсы, е, весь прикид американский такой, хоп-хэй.

Артем Королев: Он не чернокожий случайно?

Виктория Воронина: Не знаю, он отмылся, видимо. Но он... И вот все по нему там: «Ой, ой, Боже!».

Артем Королев: Тимати!

Виктория Воронина: А он вот с полотенцем на башке был. И я что-то как-то... Я напугалась немного.

Артем Королев: Вообще, можно ли доверять людям или нет, как ты думаешь, в шоу-бизнесе?

Виктория Воронина: У меня очень сложный путь был. Очень нелегкий. Я пережила некую трагедию с первым продюсером, когда он нас оставил. Из-за этого группа «Пропаганда» не была там сколько - три года в эфирах. Вот... Я вообще не знаю, как я выжила, потому что для меня это до сих пор остается самой большой раной в моей жизни. Там вот у меня смерть близкого человека равняется к тому, как вот: как оставили меня. Поэтому я его очень люблю до сих пор, первого продюсера, я ему очень благодарна за то, что он сделал — помог мне состояться как артистке, раскрыл меня. И то есть это его заслуга в большей степени даже нежели, чем моя. Вот..Но вот в тот момент, когда у тебя есть все, есть благосостояние, и особенно, когда ты получаешь это своим собственным трудом, то есть не просто то, что я там пукнула на первом канале в каком-то проекте — и все, я уже звезда. Сейчас очень модно: как бы пукнул — и ты уже звезда. Мы тогда не пукали. Мы тогда потели, работали по 20 концертов в месяц, по 30. Нас не было по 3 месяца дома. Мы вообще не знали, что такое...Мы вот в гостиницах, в самолетах, в каких-то машинах безумных. Мы какали, писали в пустынях, степях. То есть мы проездили три раза Россию, но и ближнее зарубежье тоже. И когда у тебя есть вот этот вот пик, то есть как бы верхушка, ты находишься вот на этой снежной верхушке, ты говоришь: «Ура! Я покорил Эверест! Все, давайте тусим, все!». Вокруг тебя очень много совершенно незнакомых тебе людей. И когда происходит в этот момент затишье, да, там как вот Шура гремел , потом хоп — Шуры не стало, практически все эти люди уходят либо поворачиваются к тебе спиной. Что касается друзей, я к друзьям отношусь избранно, ко мне вообще очень сложно подойти. И моя репутация хуже, чем я есть на самом деле. То есть все думают, что я как минимум сучка, как максимум я — пафосная сучка. Я — совершенно спокойный человек. Я всегда скажу спасибо всем тем, кто меня накрасит, причешет. Я всегда поблагодарю водителей, осветителей, монтажников. Для меня каждый человек, который хотя бы маленький-маленький свой «пи» вносит в процесс — это уже человек, без которого процесс бы не состоялся

Артем Королев: Ну я вот не согласен. Мне кажется, что у тебя очень наоборот, я сейчас правду говорю, доброе лицо, и мне кажется ты сейчас, знаешь, типа чуть-чуть так — повыпендриваться чтобы. Сучка...Мне кажется, тебя не считают сучкой.

Виктория Воронина: Нет, нет, нет, я серьезно говорю, что да.

Мария Букотарь: Не знаю, я в первое время считала ее такой.

Артем Королев: Даже подруга лучшая? Ну не лучшая, но подруга.

Виктория Воронина: Она лучшая, лучшая подруга.

Артем Королев: Да? Лучшая подруга? Давайте поговорим, кстати, об отношениях. Скажите вы по очереди, мои красивые гостьи, свободно ли Ваше сердце или нет? Это же не секрет?

Виктория Воронина: Когда нам было 16 лет, мы говорили: «Мы не отвечаем на три вопроса: сколько нам лет, о личном и как мы относимся к группе «ТАТУ»». Потому что нас все время сравнивали. Ну личное, ну личное... Кто-то в поиске, кто-то вроде уже определился, но время покажет.

Артем Королев: Ну понятно, что девочка в школе, наверно, пока учится, да?

Виктория Воронина: Да у нее столько поклонников, что у меня столько поклонников не было за всю мою жизнь.

Артем Королев: Ну а вообще, каким должен быть мужчина, чтобы вы на него обратили внимание?

Виктория Воронина: Я пришла к выводу, могу сказать: девочки, не смотрите на красоту. Мужчина не должен быть красивым. У мужчины должна быть мужская энергетика вот эта сексуальная. Я люблю, когда мужчина там со шрамом, или когда там он грубоват немножко. Я даже люблю, когда мужчина курит. Мне это интересно. Я люблю мужчину с историей. Он должен быть как тот запыленный, утомленный солнцем ковбой, в пыльных сапогах, с сигареткой. Он не должен быть...Он не должен быть с маникюром и педикюром, нет! Он должен быть такой, который сказал бы тебе: «Ту-ту-ту-ту-ту-ту...Садись, детка!».

Артем Королев: В общем ты любишь жесткий секс, да?

Мария Букотарь: Ей если вот так вот скажешь: «Вика! Вот ты сидишь!», - вот если она послушает — это ее человек. Реально!

Виктория Воронина: Точно, точно!

Мария Букотарь: А если скажешь: «Ну Викусечка, ты вот, ну принеси что-нибудь, - то скажет: «Пошел, пи...», - понимаешь? Вот она — такая. Если не покажешь ей кулак, понимаешь, она вот сгрызет. Вот она такая.

Виктория Воронина: Потому что я сама сильная по натуре. Надо сказать: «Эй, shut up!”. И я: «Ага, ок!».

Мария Букотарь: Все, она будет молчать.

Артем Королев: Такая прямо, да?

Виктория Воронина: Да, вот такая вот.

Мария Букотарь: А у меня другая история. Я люблю мужчин, которые завоевывают меня, и я их. Не то, что за мной, знаешь, как преклоняются. У меня такая история, что мне пытаются либо купить что-нибудь подарить, либо внешность. Вот с шестнадцати.

Артем Королев: Хорошо, а кто в твоем вкусе? Расскажи.

Мария Букотарь: Раньше мне нравились мулаты и лысые. Сейчас мне нравятся мальчики с такой бородкой и знаешь, вот сейчас как носят: с челочкой такой...Косая челочка, не нагеленные.

Виктория Воронина: Короче, как ты, только с бородкой.

Мария Букотарь: Не курящие, не пьющие. Это для меня очень принципиально.

Артем Королев: Такой серьезный вопрос: возраст для девушки именно, в котором она ну не то, чтобы должна, но в котором, наверно, так подходит время уже лишиться девственности.

Мария Букотарь: Вот я наверно поздно. Вот я действительно поздно лишилась, потому что я...Меня все время воспитывали и говорили: «Маша, ты должна выйти замуж, принести простынь и показать красное пятно!». И я жила с этим намерением.

Виктория Воронина: А я сказала: «Ты что, хранишь себя для мужа раввина что ли?». Я ей... И она после этого ее как бы вот ну немножко так...Нет, к этому надо очень выборочно.

Анастасия Шевченко: И она пошла сказала: «Ты! Пошли!».

Артем Королев: Ну поздно, извините, пожалуйста, поздно — это 17, 18, 20, 21, 22? Да? Из области?

Мария Букотарь: Нет, 21.

Артем Королев: 21? Ну нормально.

Виктория Воронина: Если человек чувствует и он готов, почему нет? Но если как бы девушка сомневается...Я, например, вообще...У меня — очень сложная история была. Я просто пришла и сказала себе: «Вика, надо!». Вот так было.

Артем Королев: Не могу, не хочу...

Виктория Воронина: Да.

Артем Королев: Очень многие девушки начинают встречаться с парнями, и буквально (ну часто бывает, да?) делают какую-то ошибку, и через несколько там, я не знаю, через два месяца, все это быстро очень заканчивается. Такие ситуации бывают. Как от этого избавиться, как вы думаете?

Мария Букотарь: Нет, знаешь, у меня в жизни...

Виктория Воронина: Надо не давать просто.

Мария Букотарь: Правильно, надо меньше раздвигать ноги.

Виктория Воронина: Просто не давать.

Артем Королев: Хорошо, такой вопрос: через сколько, как вы думаете, после того, как люди встретятся, можно в принципе уже переспать?

Мария Букотарь: Смотря какое отношение друг к другу. Если ты...

Артем Королев: Ну вы понимаете, стандартная ситуация, ну вот прямо вот...

Мария Букотарь: Послушай, если тебе нравится телка, да? И ты ее хочешь, а она тебе не дает, ты будешь за ней ухаживать и добьешься. А если наоборот...

Артем Королев: Ну понимаешь, что можно передержать, потому что если меня будут очень долго игнорировать, сначало мне будет это интересно, очень, я буду бегать, но потом вот такая произойдет грань.

Мария Букотарь: Значит она тебе не нужна.

Виктория Воронина: Говорила одна моя подружка, которая на 10 лет меня старше, она говорила: «Вика, секс либо сразу есть либо его вообще никогда не будет». Ну вот потянуло вас, как магниты, ну и все, и иди ты за своим сердцем.

Мария Букотарь: Ты же увидишь, хочет она или нет. Если ты видишь, что она хочет, тебя ничего не перебьет.

Виктория Воронина: Только не надо уводить из семьи потом, да, вот это самое страшное.

Артем Королев: А вы когда-нибудь, прости сейчас, обойдем, да?

Виктория Воронина: Да, у меня были отношения с женатым мужчиной. Это очень больно.

Артем Королев: Кому?

Виктория Воронина: У меня даже песня есть.

Артем Королев: Жене?

Виктория Воронина: И по эту, и по ту сторону я стояла, понимаешь?

Мария Букотарь: Знаешь, что самое главное, что девушки думают, что это временно. Вот ты встречаешься с женатым мужчиной...

Виктория Воронина: «Ну все будет хорошо».

Мария Букотарь: «Это временно, ну месяц, ну два, сейчас найду свою любовь — и все, и выйду замуж!». Ты 6 лет мучаешься, ждешь, когда он там ребенка сводит на праздниках...

Артем Королев: Что, у тебя тоже было такое?

Виктория Воронина: Это у меня было.

Мария Букотарь: Нет. Я читала очень много по этому поводу.

Артем Королев: Как ты считаешь, можно оправдать измену или нет?

Виктория Воронина: Нет.

Артем Королев: Вообще никак?

Виктория Воронина: Я не могу представить себе, как это? Вот если ты с человеком, да, если у тебя серьезные отношения, каждый раз надеешься на серьезные, каждый раз, глядя на него, думаешь: « Это мой принц! Вот он!».

Мария Букотарь: На белом фортепиано.

Виктория Воронина: А принцу пофигу. Принц говорит: «Ну чисто че, Викуля, я тоже о тебе нормального мнения такого, чисто».

Виктория Воронина: Я думаю: «Боже, куда я смотрела вообще, когда я с ним что-то вообще заводила?».

Мария Букотарь: Ну когда ты влюбляешься, ты же не видишь. Только когда проходит время. Я вот знаю, что в своей жизни как бы я не любила человека, я измену не прощу. Я если представлю его с кем-то, он уже не мой. Я его люблю, я его хочу, но он не мой, все. Вот я такая, понимаешь.

Артем Королев: Ты знаешь, мне кажется, все-таки дело в возрасте, правда. Чем ты становишься старше, тем ты уже более разумно подходишь к этим вопросам, пытаешься искать причину.

Мария Букотарь: Смотря что ты от человека хочешь. А почему так говорят, что нет мужчин, которые не изменяют? Не бывает такого.

Артем Королев: Потому что мы относимся к сексу...

Мария Букотарь: Вот почему? Скажи как мужчина.

Артем Королев: Я объясню. Потому что для нас измена- это секс, прежде всего.

Мария Букотарь: Ну, почему?

Артем Королев: А мы относимся к сексу намного проще, возможно, чем многие девушки.

Виктория Воронина: Чем женщины.

Мария Букотарь: Да, извините!

Артем Королев: Это мое мнение. Я считаю, что девушка, она может заниматься сексом, но наверно ей не стоит показывать себя, как девушка с множеством сексуальных контактов. То есть это можно, я считаю, потому что тебе хочется. Секс — это,  ну это удовольствие, это хорошо, но просто не стоит это афишировать. Девчонки, мне очень приятно общаться. Абсолютно никакой звездности я не почувствовал. Я только получил большое удовольствие.

Виктория Воронина: Нам тоже. Я верю...Я смотрю в твои глаза и верю, что ты никогда никому не изменял.

Артем Королев: Спасибо, мне было очень приятно, друзья вот...

Виктория Воронина: Нам тоже. Приглашайте, зовите, у вас здорово.

Артем Королев: Все, это Russia.ru. Через неделю новая программа, новая красивая девушка, а может быть даже не одна. Сегодня была у меня в гостях группа «Пропаганда». Это Russia.ru. Оставайтесь с нами.