Лукьянов Федор:

Хиллари Клинтон, безусловно, очень сильный, яркий и популярный политик. Когда Обама назначил ее госсекретарем, это сразу вызвало удивление очень многих, потому что все помнят ту степень накала избирательной борьбы, которая была в рамках демократической партии вплоть до номинации Обамы. Это была не только борьба двух оппонентов, это была личная конкуренция, личное противостояние сильных, но олицетворяющих разные подходы людей. Хиллари до самого конца не могла смириться с тем, что она проигрывает. Ей стоило очень больших усилий перешагнуть через себя и в конце концов, в интересах партии, поддержать Обаму.

Поэтому когда он ее назначил, очень многие сомневались в том, что этот тандем будет работать, все-таки Хиллари – явный лидер по характеру и подчиняться она не привыкла. Она не подчинялась, в том числе, и своему мужу, который был Президентом, но многие считают, что ее влияние было чуть ли не доминирующим в то время.

Тем не менее, в начале, в первые полгода, никаих трений не проявлялось. Обама показал себя очень умелым дипломатом не в смысле внешней политики, а в смысле выстраивания команды, ведь ключевые люди в его команде – очень сильные, самостоятельные люди. Это не только Хиллари, это и вице-президент Байдон, который сам имел президентские амбиции и имеет очень богатый опыт во внешней политике, он этим занимается фактически всю жизнь. И это советник по национальной безопасности генерал Джонс, который сам по себе является одним из самых авторитетных специалистов в этой стратегической области в Америке. Тем не менее, до сих пор Обаме удавалось нацеливать всю команду на решение одних проблем.

Сейчас создается впечатление, что начинаются пока мелкие, но разнобои. С Хиллари это заметно меньше, т.к. Хиллари сломала локоть и выбыла из активной деятельности на несколько недель, и все сразу стали комментировать – что все это неспроста. Я думаю, что это все спекуляции, не имеющие непосредственного отношения, но, с другой стороны, когда такая жесткая среда, то из нее выпадать-то не рекомендуется, потому что могут место и заполнить. А вот Байдон начал делал заявления, которые явно не соответствуют линии Обамы. Он, например, неожиданно сказал, что Израиль имеет право так себя вести в отношении Ирана, как он считает нужным. Что все истолковали, как на одностороннюю попытку Израиля силой решить ядерную проблему. Это опроверг Обама и Гос.Департамент, но Байдон – не новичок и не случайный человек во внешней политике, чтобы так неожиданно оговориться. Скорее всего, какие-то внутренние напряжения там есть.

Вообще американская политика находится в процессе формулирования. Что делать, как себя вести в отношении того гигантского объема международных  проблем, которые лежат на плечах США, пока никто не знает. Поездка Обамы в Москву, о которой очень много говорили и интерпретировали самым разным образом, на мой взгляд – не более чем разведка, потому что Обаме сейчас важно понять, что происходит в разных ключевых точках, будь то Ближний Восток, Европа или Россия. Это было знакомство с той атмосферой, которая существует в России. Я думаю, что Обама, как человек, одаренный политической интуицией (совершенно очевидно, что у него развито это чувство), сделал для себя серьезные выводы. Какие выводы – мы узнаем через некоторое время, но он, встречаясь с Медведевым и Путиным, многое понял, чего раньше не знал или не понимал. В какой степени ему удастся в дальнейшем проломить традиционные подходы, а он явно нацелен на то, чтобы их менять. В случае с Россией это видно по тому, какой была политика Буша, в случае с Ближним Востоком, например, это очень заметно. Его курс на меньшую поддержку Израиля, чем раньше, уже отмечен и встретил жесткое противодействие и на Ближнем Востоке, и, в особенности, в самих Соединенных Штатах.

Его отношение к месту Америки в мире, отношение к приоритетам совсем другое. Он, несмотря на то, что говорит все правильные и необходимые фразы о Европе, о Европейских союзниках, о Трансатлантических узах, смотрит не на Европу, а на другие части мира. Прежде всего – на Азию, которая является источником как крупнейших проблем (Афганистан, Пакистан, Иран, баланс сил в Тихоокеанском регионе), так и источником очень серьезных импульсов к развитию (Китай, Индия, другие страны Юго-Восточной Азии). И смещение угла зрения в сторону Азии, с трансатлантического пространства – на тихоокеанское, это вообще главный процесс, который сейчас происходит, и Обама пытается его поставить на службу Американскому лидерству.

Он может промахнуться – никто не гарантирован. Та поддержка, которой он пользовался в начале, не является бесконечной. Чем больше реальных действий он будет пытаться предпринимать, тем больше с разного рода оппозицией он будет встречаться. Реакция в Америке на визит в Россию очень видна. Не очень большая, но очень громкая часть американского эстеблишмента уже во весь голос обличает его в том, что он проявил излишнюю слабость, податливость к России, что он не сказал то, не сказал это, исказил Американские принципы, предал идеалы, и т.д. Это будет только увеличиваться. Обама – сильный человек, я совершенно в этом уверен, но, конечно, он действует не в вакууме.