Александр Дугин:
Моя дочка, которая закончила гимназию – сейчас как раз, вот в эти дни – она, к сожалению, проучившись 10 лет, и стараясь ежедневно, ежечасно, оказалась, благодаря ЕГЭ, в ситуации очень неприятной. Потому что никаких льгот и никакой поддержки за золотую медаль отныне – вот в этом году впервые – нет. Раньше были льготы при поступлении, нужно было сдавать один экзамен, а не четыре. А сейчас же оказалось, что все эти знания дополнительные, не по тем предметам, которые на ЕГЭ будут зачитываться, будут бесполезны.

Ну представьте: человек 10 лет, девушка, работала по физики – по всему – биологии, математике, множество предметов, по английскому… вдруг все эти знания, на которые столько сил было потрачено, не оказывают никакого влияние на дальнейшее.

Это, конечно, был удар. Я думаю, многие оказались в этом году в такой ситуации, когда по сути дела ЕГЭ отменяет необходимость широких и планомерных знаний. Кто-то, кто с 5-6 класса из детей нацелится на какой-то ВУЗ, выберет себе два-три предмета и будет оттачивать тесты, по сути, на эти предметы без всякого широкого контекста. Это, конечно, погубит наше образование, это резко занизит уровень россиян и приведет их – кстати, знаете к кому? – к уровню американцев и европейцев.

Многие американцы не способны считать после окончания средней школы, потому что у них есть калькулятор и их не учат считать. Уровень безграмотности, бездарности и невежества современных американцев, которые оканчивают школу, он чудовищен. Потому что там как раз считают, что детей надо больше учить играть, рассказывать про половое воспитание, про сексуальные меньшинства. Образование, которое дается в обычных школах – не элитарных, которые предназначены для очень богатых, влиятельных людей, закрытых средних учебных заведений типа наших кадетских корпусов – оно чудовищно.
 
По сути дела в Советском Союзе было очень высокое образование, это была цель – сделать людей сознательными и образованными. Может быть, она была завышенной, недостижимой, это был образовательный максимализм. К человеку относились как существу, достойному высокой культуры. У многих это проходило, конечно, мимо их сознания, но цель была такая. Оптимальной нормативной личностью была образованная личность.

В Америке нормативной личностью является личность, которая способна сама с собой управиться. Если она способна управиться, собирая милостыню или играя в переходе, то все нормально. Это либерализм. Захочет управиться – хорошо; не захочет – сдохнет. Это уже образовательный минимализм.

Мы подстраиваем прекрасную, высококачественную систему советского образования, которая исходила из завышенного, героического стандарта – а это было одним из лучших свойств советского социалистического общества, это была действительно гордость, это было сопоставимо и во многом превосходило по многим параметрам западноевропейское общество – отказываемся от хорошей образовательной системы, может быть трудной, завышенной, героической, ради самого простого пути. Т.е. ради проверки простых технических навыков вместо реальной глубины знаний.

Я считаю, что это преступление. Я считаю, что люди, которые вводят ЕГЭ, продвигают Болонский процесс, это ликвидаторы. Они ликвидируют лучшие стороны советской истории. Такими же ликвидаторами были строители капитализма в 90-е гг. Они все приватизировали и разрушили, но ничего не создали. Сейчас такие же ликвидаторы в системе образования, они преступно уничтожают систему знаний.
    Я думаю, что в этом году – а я профессор социологического факультета МГУ – нам придется столкнуться с очень серьезными вопросами. Потому что мы знаем, что, например, результаты ЕГЭ в Дагестане по русскому полностью были подделаны. Представьте себе, люди с очень высоким ЕГЭ из Дагестана, которые русский тест сдали на несколько десятков процентов лучше, чем школьники Петербурга. Такого просто не бывает. Явно, что утечки, коррупция… кто придет к нам с этими результатами ЕГЭ к нам на социологический факультет МГУ, где у нас нет никаких возможностей ограничить число детишек коррупционированных представителей, или просто тех, которые подделали, угадали, купили и так далее. Это борьба якобы ЕГЭ с коррупцией – она обернется настоящей, страшной коррупцией. Мы посмотрим – и я думаю, мы ужаснемся. Потому что у нас будет не возможности как-либо повлиять на этот процесс.

Механическая цифра. Нам приносят цифру, кто это человек – мы не знаем, мы с ним не встречались на экзаменах. Мы не тестировали его, мы не видим никаких его качественных показателей, сочинения его. Мы не слышим, как он произносит фразы, интонации его. Не можем составить себе представление об абитуриенте. Чистая цифра. Что стоит за этой цифрой? Наше общество абсолютно и тотально коррумпировано, это знает каждый. Кто считает, тот и молодец, тот и выигрывает во всех выборах, во всех голосованиях. Почему ЕГЭ должно быть исключением?

Если общество коррумпировано, надо вводить какие-то идеологические ограничения на коррупцию. Не бывает юридических ограничений. Судьи кто? Один и тот же будет судья, который будет коррумпировано судить коррумпированного чиновника.

Поэтому я думаю, что ЕГЭ – это страшная ошибка. Что через 2-3 года от него мы откажемся. Может быть по 1-2 предметам, как дополнительный фактор, совокупность этих тестов будет учитываться, но экзамен, собеседование, другие формы представления о реальных знаниях ученика – конечно, будут учитываться. Бедные дети только, которым сейчас выпало несчастье попасть в этот дурацкий эксперимент взрослых дядек-идиотов, которые правят страной и, к сожалению, образованием. Как медведи в посудной лавке. Никаких дополнительных мер, нет бы по одному какому-то предмету ввести ЕГЭ для начала.

И что интересно, Высшая школа экономики, это засилье, рассадник либерализма, западнического влияния, которые больше всего бились за Болонский процесс и за ЕГЭ – и сами отказались. У них будут экзамены – один, вроде, экзамен.

Это, на самом деле, страшная вещь. МГУ, Садовничий, до конца бился, а потом сказали – сами увидите, что будет. На самом деле, может быть, это не лучший способ, потому что страдать будут и дети, и образовательный процесс.

Это диверсия, это диверсанты. У нас были такие, у власти стояли диверсанты, и сейчас, оказывается, тоже есть. Поэтому я считаю так: да будет проклято имя тех, кто ввел у нас ЕГЭ.