Андрей  Воробьев, руководитель Центрального исполнительного  комитета партии «Единая Россия»:

Впервые в прямом эфире на Госсовете присутствовали все представители оппозиции, политические партии. Более того, им была дана возможность открыто, четко, ясно высказать свою позицию, свое мнение, свои претензии, если таковые имеются. И, естественно, мы все надеялись, что будет аргументация тех или иных предложений, которые прозвучат из уст оппозиции. На мой взгляд, Госсовет очень четко подвел итог следующего понимания ситуации.

Первое, что действительно политическая система на сегодняшний день является зрелой. Она работает. Она справилась с глобальным финансовым кризисом. Да, было тяжело, не все просто прошло, мы тоже с потерями вышли. Но вместе с тем политическая система работает и политическая система сегодня отвечает тем вызовам, которые существуют. И второй важный момент, может быть, еще более важный – это готовность не стоять на месте, а дальше совершенствоваться, развиваться. Т.е. не было такого ощущения, что все всем довольны. Да, действительно, есть недостатки, есть проблемы. И предлагалось вот на этом большом собрании их открыто высказать.

Я, лично,  считаю, что так и будет происходить. Что подобное мероприятие служит мощным импульсом для вот этой модернизации, для движения вперед. И нет сомнения, что мы, «Единая Россия», должны быть в авангарде, что мы должны возглавлять этот процесс. Задавать тон, принимать законы, предлагать новые идеи, действительно, вскрывать те проблемы, которые существуют, будь это правоохранительная система или любая другая. Но на что я обратил внимание – это поведение оппозиции. Если мы на своих партийных форумах, съездах, конференциях, выступлениях через законы, через поправки в Устав введем систему совершенствования, модернизации, ведь правильно мы должны слышать людей, мы должны отвечать на те вопросы, которые нам задают. И во многом авансом доверия было «Единой России» отдано в свое время.

Но, вместе с тем, мы эту рaботу ведем: праймериз, ротации, дебаты, программы, ответственность, отчеты, общественные приемные, региональный, местный уровень, участие в выборах от поселения 96%, все это известно. Но интересный фокус, а почему оппозиция во всем этом не участвует. Она это просто игнорирует. Почему все то, что звучало с трибун, очень недвусмысленно напоминает некий торг. Ну, типа того, что вот 55 у «Единой России» это много, и даже 50 много, но 45 более-менее. А у нас должно быть 20, 15 и 10. Я, честно говоря, не могу понять, а какое вообще имеет право рассуждать таким вот, это мягко сказать, нахальным способом наша оппозиция. А почему? Как они это могут объяснить? Почему до сих пор не сделано ни единого движения ни в одном из направлений, которые я привел.

Ну, вот ротация, мне кажется, даже в брежневские времена, у руля еще той партии находились гораздо меньшее количество времени, чем сегодня у руля ЛДПР верхушка, я даже не говорю только лидеры, верхушка КПРФ и так далее. Может быть, вообще не стоит задача у оппозиции нашей борьба за власть. Потому что, как я понимаю, вот ты борешься, борешься за власть и, наконец, ты получил власть. Тогда ты ответственность получаешь, т.е. ты должен что-то предпринять, ну реализовать что-то. А у меня большие сомнения, что в жизненные планы оппозиции входит реальная борьба за власть. А вот такой конформизм, вот такое комфортабельное пребывание - это их устраивает. Пусть немного, но хочется больше, но без ответственности. И я считаю, что вот этот сигнал, который на Госсовете был дан, он дойдет и до наших оппонентов.

После завершения Госсовета в кулуарах берут интервью у лидеров, региональных лидеров. Подходит корреспондент и говорит: «Здравствуйте. Господин Тулеев, у вас успешный регион, уголь, социальные обязательства все выполняются, что вы можете сказать по Госсовету?». Он говорит: «Вопросов нет, очень важное мероприятие. Мы должны решать проблемы, которые беспокоят граждан страны, о которых они справедливо говорят вслух. Но я не могу одного пока понять, вот у меня в одном поселке сейчас муниципальные выборы, там живет шесть тысяч шахтеров. Приходят к нему представители той или иной оппозиционной партии. Его шахтер спрашивает: «Слушай, вы за бюджет голосовали?». Он говорит: «Нет, не голосовали». «Вы за пенсии голосовали?». «Нет, не голосовали». «Приоритетные национальные проекты вами были поддержаны?». Он говорит: «Нет, у нас другая позиция». Шахтеры у меня спрашивают (Тулеев говорит): «Как мы можем за них голосовать, если нет действий и нет дел. Есть просто-напросто или площадная брань, или какая-то профанация политической деятельности».

Мне кажется, за последние два года какие-то проблески рациональных идей стали появляться у нашей оппозиции. Ну, например: они приходят на эфир, и желтая книжка у них появилась, синяя книжка у них появилась – это уже прогресс, это уже важно. Но в регионе-то их нет. Я к чему это все говорю? Важно чтобы наша оппозиция все-таки тоже взрослела. Потому что мы все, и «Единая Россия», и гражданское общество, заинтересованы в другом мнении. Когда все в одну дуду – это всегда плохо. Должно быть другое мнение, другая точка зрения. И я выражаю уверенность, что наша оппозиция вышла с этого собрания более зрелой. Она поняла, что вот эта дешёвая фронда, или вот эти необоснованные заявления – это точно не модно, это не актуально, это не принесет результат.