Николай Сванидзе, историк, телеведущий:
Татьяна Борисовна Юмашева – дочь первого Президента России Бориса Николаевича Ельцина и жена бывшего руководителя администрации Президента Ельцина Валентина Юмашева. Она сейчас очень активно выступает в Интернете, ведет свой блог. Причем регулярно ведет, эмоционально и содержательно. И по этому поводу уже ломаются копья. Мне нравится то, что пишет Татьяна Юмашева. С ней можно по каким-то оценочным моментам не соглашаться. Она дочь своего отца. Естественно, как каждый из нас, сын или дочь своих родителей.
Борис Николаевич Ельцин – фигура исторического масштаба. Я абсолютно убежден, как историк, как гражданин России, что, в конечном счете, его оценка в учебниках истории будет да, сложной, да, непростой, как каждой крупной исторической фигуры, но очень высокой и со знаком плюс. Конечно, Татьяне Борисовне хочется поторопить эти события. И поэтому она пишет просто вот, у нее чувствуется боль души, вот она пишет, она делится тем, что она видела, что она помнит, как было.
Какие-то вещи я сам мог наблюдать с той или иной дистанции. Конечно, не столь близкой, как она это наблюдала, но тоже не слишком отдаленной. И она не лжет. С ее оценками конкретных людей, таких как Борис Абрамович Березовский, естественно можно спорить. Я, например, значительно более жестко оцениваю эту фигуру, чем она. Но оценочные вещи, есть оценочные, а фактические, есть фактические. И то, что она пытается изменить эту тенденцию общего оплевывания 90-ых годов и оплевывания деятельности ее отца, в конечном счете, на мой взгляд, это абсолютно нормально. То, что она взяла на себя очень неблагодарный труд рассказывать правду о том времени. Это рискованно для нее лично. И, тем более, на мой взгляд, это благородно.
Юмашева просто, как сверхкомпетентный человек, делится своими воспоминаниями. Ее полемика с Евгенией Альбац и с Леонидом Радзиховским, а они оба мои уважаемые коллеги и товарищи, не выходит за рамки полемики между коллегами. Это полемика внутри лагеря единомышленников, несомненно. Речь идет просто о несогласии по тем или иным деталям, или оценочным моментам. Я считаю, что это абсолютно нормально. Тем более, что сейчас страна изменилась по сравнению с 90-ми годами. И у думающей части нашего общества естественные рефлексии по этому поводу: что было тогда, что происходит сейчас, что сделали не так. Вот по этому поводу и полемика.
Противопоставлять 90-тые нынешним, Татьяна Борисовна Юмашева не может себе позволить. Она для этого слишком серьезный человек. Тем более, что Путин, как известно, был креатурой Ельцина. Тем более, она себе не может позволить этого противопоставления. Что же касается того, на что мы выйдем. Ну, точно нужно прекратить вот эту практику «оттаптывания на 90-тых годах». Она не далекая очень, она очень неумная. Она, насколько я понимаю, была придумана не самой дальновидной частью окружения еще президента, Владимира Владимировича Путина. По-видимому, решившей, что так они оттенят его достоинства. Уж как было ужасно в 90-тые и до чего ж он поэтому хорош.
Не нужно так. Ельцин совершил бескровную революцию. Он вовсе не инициатор развала Советского Союза (вовсе не он) и вообще не было человека, который был бы инициатором. Это было объективно то, что обрушился Советский Союз. Но Ельцина заслуга огромная в том, что мы все не погибли под обломками этого рухнувшего гиганта. И в этом нужно отдать должное Ельцину. Он никогда не обижался на критику в средствах массовой информации. Был ряд огромных достоинств у этого человека, свидетельствовавших просто о масштабе личности. Это нужно подчеркивать, а не усмехаться и говорить: лихие, бандитские. А что сейчас бандитов меньше? Коррупция? А сейчас коррупция выше, чем в 90-тые годы. Зачем же врать и говорить, что это не так?
Поэтому нужно просто понимать, что новая Россия появилась на рубеже 90-тых годов. И сейчас мы- новая Россия. Советского Союза больше нет. 90-тые годы были одним периодом, нулевые – это другой период. Сейчас начинается, вероятно, еще один. Или может быть это будет продолжение нулевых, что более вероятно. Мы просто часть ткани нашей истории, вот и все. К этому мы должны прийти.
