Скачайте видео: MP4
Наталья Толстая: Две руки, две ноги – это, конечно, хорошо, но у нас нет одной хромосомы, и у нас есть такой орган, как матка, которого у мужчины нет, и она диктует своими гормонами каждые четыре дня для женщины разное поведение.
Виктор Гусев: Тогда нужно вообще отказаться от женского спорта.Потому что есть серьезные травмы и в художественной гимнастике, в синхронном плаванье можно утонуть тоже, с зажатым носом.
Рустем Адагамов: Ни в одной другой игре, ни в баскетболе, ни в волейболе, женщины не вступают в физический контакт так, как это можно сделать в футболе.
Илья Переседов: Они выйдут на поле против норвежских боевых лесбиянок, и те сметут их просто в пух и прах.
Игорь Шалимов: Для начала, Вы видели хоть одну игру вживую, Вы общались хоть с одной девочкой, которая играет в футбол? Вы очень ошибаетесь.
И. Переседов: Сегодня я буду очень радостным, потому что российская сборная по футболу вошла в чемпионат Кубка Евро 2009. Вот только сборная эта – женская, и почему-то не слышно ликований в средствах массовой информации, в блогах, молчат любители футбола, иные журналисты даже позволяют себе как-то высказываться по этому поводу критически. Например, Рустем Адагамов. Рустем, скажи, почему ты не радуешься?
Р. Адагамов: Я не радуюсь потому, что мне не совсем понятно, как женщины могут играть в футбол.
И. Переседов: Ну, у женщин две руки, две ноги, одна голова, и, не используя руки, преимущественно, за исключением вратаря, они всем остальным играют.
Р. Адагамов: Дело в том, что для меня роль женщины и большого спорта – они находятся совершенно в разных плоскостях. Для меня женщина – это все-таки субстанция эстетическая, а не физическая.
И. Шалимов: Те девушки, которые играют в футбол, они делают любимое занятие, они занимаются любимым занятием. Это раз. Второе: женщина, как бы мы хотели, ну, просто мама и домохозяйка – это, наверное, неправильно.
Н. Толстая: Не те времена уже.
И. Шалимов: (к Наталье Толстой) Вот у нас есть девушка, да. Они хотят чем-то заниматься, зарабатывать деньги, быть где-то независимыми. И это, с одной стороны, правильно: не цепляться просто за мужчину, а например, несчастная любовь, расстались...
И. Переседов: Пошла играть в футбол.
И. Шалимов: Нет, она играет в футбол, несчастная любовь – она продолжает заниматься любимым делом, то, что ей нравится, она продолжает зарабатывать деньги.
Н. Толстая: Две руки, две ноги – это, конечно, хорошо, но у нас нет одной хромосомы, и у нас есть такой орган, как матка, которого у мужчины нет, и она диктует своими гормонами каждые четыре дня для женщины разное поведение. И если мы говорим о равноправии, тогда тренер тоже должен быть женщиной. Но сидит мужчина, стратег, который знает, как с ними общаться, и все-таки здесь есть мужская рука однозначно, это не чисто женский футбол.
И. Переседов: Ну, не все сразу. Наталья, не все сразу. Вытеснили мужиков с поля, вытеснят и тренера.
В. Гусев: В ведущих сборных мира по-разному, да?
И. Шалимов: По-разному. Там много очень женщин тренеров.
В. Гусев: Но тогда нужно вообще отказаться от женского спорта. Потому что есть серьезные травмы и в художественной гимнастике, в синхронном плаванье можно утонуть тоже, с зажатым носом.
И. Переседов: Секундочку! В гимнастике (я думаю, здесь Наталья меня поддержит) существует эстетическая составляющая, там существует определенная сексуальность.
Р. Адагамов: Это красиво.
Н. Толстая: Теннис!
В. Гусев: Женский футбол – это очень красиво. Да, для меняединственная разница, что мужской футбол я готов смотреть на любом уровне. Я готов смотреть мальчишек, которые играют в кожаный мяч, я готов смотреть и приходится комментировать футбол достаточно среднего уровня. Женский футбол все-таки интересен, когда есть определенная планка: вот матчи сборных, матчи сильнейших клубов – это очень-очень интересно.
И. Переседов: Уровень игры нашей сборной Вас устраивает? Это тот уровень, который Вам приятно и интересно смотреть?
В. Гусев: Ну, конечно, если команда попадает на такой турнир, на который она попала, естественно, это высокий уровень.
И. Переседов: Как Вы оцениваете шансы наших девчонок на этом турнире?
В. Гусев: Ну, мне сложно об этом говорить, это скорее вот к Игорю вопрос. Я не такой большой специалист в женском футболе, но хочется верить, хочется верить. Хотя, конечно, соперницы очень сильные. Соперницы очень сильные, потому что они раньше начали прежде всего, и нам приходится сокращать такими гигантскими...
И. Переседов: Что значит раньше начали?
В. Гусев: Ну, они раньше, раньше вошли в эту обойму женского футбола. Наш женский футбол моложе, чем женский футбол в Германии там или в Соединенных Штатах.
И. Переседов: А сама традиция женского футбола? Игорь, есть шансы у нас?
И. Шалимов: У нас есть хорошие шансы. У меня подход такой: если мы все сделаем правильно, если мы нигде не ошибемся и будем все делать так, как мы видим, я думаю, что у нас есть шансы.
И. Переседов: Что значит: вот мы все сделаем правильно?
Р. Адагамов: Ну, это не в нашей традиции – все делать правильно.
И. Шалимов: Ну, это, может быть, не в Вашей традиции – делать правильно, в моей традиции – делать правильно. То есть, я уже дошел до того – не ошибаться.
Н. Толстая: Мне кажется, что нужно ввести в женский футбол некоторые моменты все-таки женские. Форму какого-то другого цвета, более элегантную. Пусть не обтягивающую, но какую-то – ах!
В. Гусев: Вы идете вслед за Йозефом Блаттером. Он уже предложил – его обвинили в сексизме. Он сказал, что это должно выглядеть, как пляжный волейбол.
Н. Толстая: Но хочется какую-то красивую, красивую какую-то форму форму!
В. Гусев: Нет, Наташа, ну, я не знаю, с точки зрения мужчины, если Вы посмотрите на женщин-футболисток, на мой взгляд, они симпатичней средней женщины, которая вот идет по московским улицам.
И. Шалимов: Они получают еще очень много эмоций, которых в простой жизни, если бы у них не было футбола, они бы не получали. Любой гол, любая победа, любое поражение – это все время эмоция, они живут. То есть, если бы у них вот сегодня отнять футбол, я с трудом представляю, чем можно заниматься, реально.
В. Гусев: И возможность заработать – тоже.
И. Переседов: Денег-то вам хватает?
И. Шалимов: Нам дали.
И. Переседов: Нет, ну я имею в виду не лично Вам, а на содержание.
И. Шалимов: Нет, ну нам дали, я имею в виду, женскому футболу на сегодняшний день – это чемпионат России, это семь клубов – сборы у нас финансирует, мы знаем, это РФС и Росспорт, будут премиальные какие-то. Пока все нормально, но за сборную посыл такой: мы играем не за деньги, деньги – это важно, но за сборную мы играем не за деньги.
В. Гусев: Да, между прочим, вот как никогда часто, руководители РФС говорят о женском футболе. То есть, тот же Мутков (?) все время подчеркивает, что наш футбол, наш Российский футбольный союз – это не только большой футбол, но и женский футбол. Ну, он упоминает футбол инвалидов, пляжный футбол, но тем не менее видно, что особое внимание уделяется по сравнению с прежними временами.
И. Переседов: Виктор, на Ваш взгляд, женский футбол – это все-таки футбол или вот такие вот женские бои в грязи? Популярное шоу.
В. Гусев: Нет, ну конечно, это футбол. Во-первых, это олимпийский вид спорта. В отличие от многих молодых видов спорта, он сразу вошел в олимпийскую программу или почти сразу.
И. Переседов: Заслуженно, на Ваш взгляд?
В. Гусев: Заслуженно. Потом, это спорт, который популярен во всем мире. Если взять Соединенные Штаты, где большой футбол на профессиональном уровне не так популярен, как американский футбол, как баскетбол.
И. Переседов: Ну, не прижился он, ну, не прижился...
В. Гусев: Но испокон веков футбол наш европейский, особенно женский футбол, был дико популярен в Америке на уровне колледжей. Это признано очень-очень хорошим видом спорта для вот развития молодого человека или девушки, и там всегда это было дико популярно.
И. Переседов: Но все-таки футбол стоит несколько в стороне от остальных видов спорта, и он традиционно воспринимается как именно такой национальный, политический вид спорта. В состязаниях по футболу больше проявляется конкуренция между странами – я думаю, Вы здесь согласитесь. И когда женщины врываются или пытаются, может быть, пролезть через черный вход вот в эту среду, конечно, это вызывает у многих удивление.
В. Гусев: Ну, наверное, в Норвегии, в стране победившего феминизма, там женщины добились в футболе гораздо больших успехов, чем мужчины.
Р. Адагамов: Они добились там больших успехов не только в футболе, но и, так сказать, в социальной жизни.
И. Переседов: А рожать перестали.
Р. Адагамов: Ну, норвежские мужчины почему-то везут себе жен из Восточной Азии и говорят, что с норвежскими женщинами стало тяжело.
В. Гусев: Но не футбол...
И. Шалимов: Футбол причем?
В. Гусев: Мы говорим против женского спорта тогда.
И. Шалимов: Нет, может, мужчины норвежские разучились ухаживать за женщинами?
Н. Толстая: Вы представляете, как ухаживать за такой брутальной женщиной?
И. Шалимов: Почему брутальной? Вы видели? Для начала, Вы видели хоть одну игру вживую, Вы общались хоть с одной девочкой, которая играет в футбол? Вы очень ошибаетесь.
Р. Адагамов: Я вот сейчас сижу и думаю, в чем же все-таки отличие футбола от других видов женского спорта. Я думаю, что ни в одной другой игре, ни в баскетболе, ни в волейболе, женщины не вступают в физический контакт так, как это можно сделать в футболе.
В. Гусев: Ручной мяч, хоккей, баскетбол...
Р. Адагамов: Они не бьют друг друга так, как это можно сделать в футболе, правильно? И вот, мне кажется, что вот здесь то, что, с чем я не могу...
И. Шалимов: Вы никогда не видели, как дерутся, например, там, две женщины за мужчину, никогда?
И. Переседов: Это не значит, что на женских боях надо делать деньги.
В. Гусев: А Вы видели женское водное поло из-под воды?
Н. Толстая: А в каждой избушке свои погремушки. И на это тоже есть зрители.
Р. Адагамов: Ну что в этом хорошего? Я когда это вижу...
И. Шалимов: Итог дискуссии должен быть: вот у Вас какие предложения? У нас предложения, например, это все развивать и поддерживать. У Вас предложение, чтобы эти девчонки... хотите у них отнять...
Р. Адагамов: Нет...
Н. Толстая: Нет...
И. Шалимов: Вы понимаете, есть определенная часть женского населения нашего, которые любят футбол, играют в футбол – мы сейчас о чем говорим?
Р. Адагамов: Профессиональный спорт, он приносит человеку вред. То есть, его организму, его психической системе. Я могу согласиться с тем, что такой вред наносит себе мужчина. Когда это женщина – мне это не нравится. Когда я вижу в каких-то вот этих вот, так сказать, игровых эпизодах, в которых участвуют две женщины – футбол это или, еще хуже, бокс,– на мой взгляд, это ужасно.
И. Шалимов: Вот, но не надо говорить, что это несчастные люди. Сейчас Вы признали, что это может нравиться им, то есть, все, люди занимаются своим любимым делом, за что получают деньги, где получают бодрость...
Р. Адагамов: Нет, безусловно, я говорю только о своем взгляде на это.
Н. Толстая: Развернуться и уйти они уже не могут.
И. Шалимов: То есть, мы это признали?
Р. Адагамов: Конечно!
Н. Толстая: Конечно! Мы приняли это.
И. Шалимов: Это уже другой разговор.
Р. Адагамов: Человека можно научить делать все что угодно, и ему будет это нравиться. Очень часто.
И. Шалимов: Это уже другой разговор.
И. Переседов: Виктор, приживется ли у нас женский спорт? Может ли та многомиллионная армия болельщиков уделить хотя бы заметную часть своего внимания вот женскому футболу?
В. Гусев: Я думаю, что много зависит от успехов сборной. Очень много определяется тем, что это олимпийский вид спорта. Потому что Олимпиада – это вообще, наверное, самое интересное, самое прекрасное, что есть вообще в жизни человечества, эти олимпийские идеалы. И недаром огромная очередь стоит из видов спорта, чтобы попасть на Олимпийские игры. Женский футбол попал туда. Я смотрел на последней Олимпиаде матчи мужского футбольного турнира и женского. Мужской футбольный турнир был неполноценным, потому что там, по правилам, участвовали не все ведущие футболисты. И стало очень четко мне видно, что, как только футбол в этом месте дал слабину, то тут же стало гораздо интереснее, может, даже интереснее смотреть, чем матчи мужского турнира, матчи женского турнира. Поэтому, учитывая все эти факторы... конечно, ничто не сравнится с большим футболом. Но и хоккей не может, наверное, соперничать с большим футболом – куда уж, так сказать, женскому футболу! Но определенную свою группу болельщиков да, он получит, тем более что мне Игорь вот только что рассказал, что есть планы уже у Международной Федерации футбола объединять чемпионаты мира по женскому и мужскому футболу. Поймите меня правильно, просто проводить их, может быть, в одном месте, в одно и то же время, чтобы болельщики, посмотрев игру сборной России мужскую и, может быть, не получив, не дай бог, удовлетворения, на следующий день бы пошли и посмотрели женскую.
И. Переседов: Виктор! Вот, Виктор, посмотрите мне в глаза, пожалуйста. Вы реально думаете, что эти здоровые мужики или, там, пацаны, обмотанные шарфами, в какой-то момент могут заорать со всей души, со всей силы «оле, оле, оле!», значит, одиннадцати женщинам, бегающим по полю? Ну разве это возможно, ведь мужской футбол – это последний оплот такого здорового мужского шовинизма!
В. Гусев: Ну, есть определенный шовинизм. Я, например, не могу себе представить, что комментировать футбол будет когда-нибудь женщина.
И. Переседов: Ага!
В. Гусев: Что женщина... я не знаю ни одной женщины... ни одной женщины, которая бы писала хорошо о футболе, если не брать статьи так, вокруг и около футбола. А тактика, аналитика – этого нет. Конечно, в этом смысле... но, наверное, эта традиция будет сломана.
И. Шалимов: Единственное место (?), где соревнование в этом году будет футбольное, это Чемпионат Европы. И народ поедет, народ едет на тусовку. Там будет организован Русский Дом, туда приедут какие-то наши звезды, известные люди – просто вот тусовка.
Р. Адагамов: Ну, за страну...
И. Шалимов: Ты идешь болеть в принципе – за Россию. Есть очень многие люди, которые смотрят футбол, они на поле же особо не смотрят. То есть, гол забит – «Россия, вперед!» Вот мы играли, вторую игру, стыковую, с Шотландцами, мы играли в Нальчике. То есть, мы приехали туда – 14 тысяч пришло на стадион, в Кабардино-Балкарии. Все достали флаги, все пели гимн (там раздали гимн). Все пели гимн, достали флаги и кричали: «Россия, вперед!»
Н. Толстая: А женщин больше?
И. Шалимов: Что еще можно?.. И женщины тоже там были, это немножко другой вопрос.
И что еще приведет в Кабардино-Балкарию, какая история приведет, чтобы 14 тысяч людей взяли флаги и кричали: «Россия!»? Мы болеем за Россию. Там не важно уже будет, женский футбол, на клубном уровне хотя бы (я вот пример привел), к примеру, в Америке, да, там всреднем 7-8 тысяч сегодня ходит. Из этого сделают шоу – они сделают, они умеют. А то, что касается сборной,– мы болеем за Россию, какая разница, если там девчонки? Тем более, девчонок надо поддерживать больше, если мы говорим там: мы – мужчины. Ну, если мы мужчины, поехали поддерживать и так далее.
Р. Адагамов: Да, их жальче.
Н. Толстая: Красиво сказано!
Р. Адагамов: За женщин будут, конечно, болеть, потому что их жалко. Вот мне, например. Их жалко.
Н. Толстая: Потому что это интересно, нонсенс, не было такого! Если бы были соревнования по метанию ежиков, тоже бы собрались стадионы, наверняка.
И. Шалимов: У каждого мужчины своеобразное отношение к женщинам: кто-то их жалеет, кто-то их там боготворит, кто-то что-то, ну вот...
И. Переседов: Наталья, пожалуйста.
Н. Толстая: Я говорю о том, что новое, новое. Все-таки входит что-то новое, новое нужно впускать в жизнь. А как же? Потом сориентируемся, ведь если посмотреть в историческом аспекте, да, запрещали в Китае, и в Англии запрещали, и по эстетическим соображениям, и по здоровью, да и вообще – что это не женское дело. Но ведь входит, входит – 21-й век, мы не можем не впустить женский футбол. Но вот Вы говорите...
И. Переседов: Слушайте, магия мужского слова, да? Наталья Толстая забыла уже об этих несчастных женщинах...
Н. Толстая: Нет, дело в том, что не выносят, врачи не выносят беды на показ, и я прекрасно знаю, с какими трудностями будут сталкиваться девчонки, но, со своей стороны, я в любую секунду готова им помогать. Некоторые проблемы нужно решать, а с некоторыми нужно учиться жить. И вот для этого есть специалисты. Я за то, чтобы женский футбол был более мягким. Если государство помогает женщине, когда она воспитывает ребенка, дает определенные выходные дни, на всей планете, кроме нашей страны, да?.. то помягче чуть-чуть, покрасивее, поживописней, ну, хочется красоты!
И. Переседов: Знаете, Наталья, чем это закончится?
Н. Толстая: Красоты!
И. Переседов: Знаете, чем это закончится?
Р. Адагамов: Это какая-то маниловщина.
И. Переседов: Мы, нет, мы воспитаем, здесь, у нас, таких вот женщин-футболисток, тургеневских барышень, они выйдут на поле против норвежских боевых лесбиянок, и те сметут их просто в пух и прах.
Н. Толстая: Ну, вот к норвежским боевым лесбиянкам я отношусь... вообще не отношусь.
И. Переседов: Ну, слава богу!
В. Гусев: Ну, Вы же русская – конечно, Вы к ним не относитесь, да.
Н. Толстая: У каждого свой стиль, свой почерк, мне кажется. Пусть это будут не барышни, пусть это будут такие девочки, какие они есть, живые, обыкновенные, человечные. Люди, а не машины, какими их принято представлять.
И. Шалимов: Да Вы посмотрите, еще раз: для начала Вы посмотрите футбол.
Н. Толстая: Да я об этом и говорю: это люди.
В. Гусев: Давайте посмотрим, действительно.
И. Шалимов: Это футбол. Да, вот Вы посмотрите, потом. Просто вот сложно говорить, надо было до этого посмотреть.
И. Переседов: Да нет, я видел. На самом деле ничего особо страшного.
В. Гусев: Для меня самое главное – это желание самих женщин заниматься футболом. Если они этого хотят, в современном обществе, нормальном, демократическом, развитом обществе, мы просто не можем им этого запретить, как бы мы этого хотели или не хотели.
И. Переседов: И должны поощрять, на Ваш взгляд?
В. Гусев: Конечно. Конечно, как их желание проявлять себя в том, в чем они хотят себя проявлять.
И. Переседов: И на Ваш взгляд, женский футбол имеет основания естественно войти в российскую футбольную культуру?
В. Гусев: Неизбежно войдет – хотя бы потому что он стал олимпийским видом спорта.
И. Переседов: Наталья?
Н. Толстая: Я бы сказала, как специалист, который занимается с молодыми при выборе профессии: каждый волен выбирать любой вид спорта. То, что женский футбол уже есть,– прекрасно. То, что девчонки поедут соревноваться, – прекрасно, мы будем с ними душой и сердцем. Вот просто женского счастья хочу пожелать – и все, что могу.
И. Переседов: Задумчивый Рустем?
Р. Адагамов: Я могу еще раз только сказать, что...
И. Переседов: Рустем, покайся, покайся.
Р. Адагамов: ...что то зрелище, которое я вижу на футбольном поле, когда на нем играют женщины, оно у меня вызывает... мне жалко этих женщин.
И. Переседов: Ох, Рустем, вот обещал я не кусаться, но
Н. Толстая: Каждой футболистке – по мячу, каждой футболистке – по мужчине, который будет это делать хорошо.
И. Переседов: (К Рустему Адагамову) Видимо, от Игоря какие-то флюиды передаются. Но ты же говоришь не просто: вот мне не нравится, ты же выбираешь. (К Игорю Шалимову) Кстати, вот если будете первым (?) , знайте, что это главный Ваш противник.
И. Шалимов: Я не думаю.
И. Переседов: Что делает вот этот человек? Имея аудиторию – сколько у тебя читателей сейчас?
Р. Адагамов: Примерно 300 тысяч людей.
И. Переседов: Триста. Вот, имея аудиторию в 300 тысяч людей, этот человек периодически публикует в своем блоге самые страшные фотографии с лент агентств новостей, посвященные женскому футболу, еще и с лаконичными, но крайне язвительными и настораживающими комментариями. И вот вся эта братия сливается в едином порыве ненависти, отвращения к женскому футболу. Неужели мы тебя не переубедили, Рустем, покайся!
Н. Толстая: И здесь я могу психологически поспорить. Не надо каяться ему, он привлекает такую массу людей! Анти-пиар – тоже пиар: привлечено внимание, и каждый из них из противности включит телевизор, и, мы надеемся, после первого тайма сядет и так же точно будет болеть.
И. Переседов: Короткую... что-нибудь еще от себя скажешь?
Р. Адагамов: Да нет, наверное, нет. И так все уже сказано.
И. Переседов: Тогда я хочу сказать, что очень рад тебя видеть. Спасибо большое, что ты пришел.
Р. Адагамов: Да, я тоже рад видеть тебя.
И. Переседов: Игорь?
И. Шалимов: Ну, нам нужно... На позитиве жить и работать намного оказывается сложней, чем на негативе. Вот я могу сказать: то есть, негатив – нам проще жить и делать какие-то действия на негативе.
Н. Толстая: Когда деяния хорошие, злодеи не появляются.
И. Шалимов: Поэтому. Поэтому я за позитив, я за то, чтобы мы всех любили, чтобы мы были все друзьями. Я хочу пригласить всех на Чемпионат Европы, чтобы мы поддержали наших девчонок, вы поддержали наших девчонок, нас. А мы, со своей стороны, постараемся сделать так, чтобы – вот там будет 5 тысяч россиян, 6 – чтобы все доставали флаги и кричали: «Россия, вперед!» Потому что сегодня, на сегодняшний день футбол, такой вид спорта, как футбол, – это победа в этом виде спорта (ну, вообще, и в других, но в основном в футболе), победа наших сборных, вообще в любых видах спорта, но в футболе, так как это спорта номер один,– ничто другое так не развивает патриотизм. А так как страна у нас молодая и нуждается в развитии патриотизма, то это вещь очень важная, на мой взгляд. Поэтому: «Россия, вперед!» – все на Чемпионат!
В. Гусев: А противник Игоря не Рустем, а те три сборные, с которыми мы попали в одну группу.
И. Переседов: А кто у нас там в группе, кстати?
И. Шалимов: У нас Швеция, Англия и Италия. 25-го августа мы в Турку играем со Швецией, 28-го августа мы играем в Хельсинки с Англией и 31-го августа мы играем с Италией тоже в Хельсинки.
И. Переседов: Что я для себя вынес. Женский футбол пока – это фан. Ну, вот по-хорошему, фан. Пусть он таким и будет, замечательно! С фана начинается много хороших дел, и то, что – чуть не сказал «ребятам» – нашим девушкам, пусть не имея такой поддержки, как за рубежом, уже удается о себе заявить,– это замечательно. И я, Игорь, удивлен, что у Вас не прозвучало, что они могут быть примером, вообще-то, для нас. Для мужков во многих областях, не только спорта, но и вообще, жизнедеятельности, да?
И. Шалимов: Ну, примером в чем, в каком плане? К примеру, в том, что, я думаю, у наших девчонок намного больше шансов стать чемпионами мира, выиграть Олимпиаду, стать чемпионами Европы, чем у мужчин.
И. Переседов: Оп-па! На этой глубокомысленной... на этом глубокомысленном заявлении, я думаю, мы и попрощаемся. Но, Наталья, конечно, Вам последнее слово.
Н. Толстая: Я хотела бы сказать последнее слово. Не надо, чтобы мужчины брали пример с женщин. Каждому отведено свое место на этой планете.
И. Переседов: Аминь! Большое всем спасибо, до свидания!
